Mercy

ангел-наблюдатель и #тыжпрограммист

Tyki Mikk

пиар-менеджер, массовик-затейник.

Marian Cross

лучшй из лучших, падайте ниц — анкетолог

Froi Tiedoll

глава песочницы с лопаткой в форме упоротости

headImage

Приветствуем тебя на форуме DGM: History Repeats Itself, друг!

Ты хочешь знать, живы ли мы? Относительно. Здесь остались еще старожилы, которые неспешно играют между собой, выдумывают что-то новое и резвятся. Но былой активности на просторах форума уже не сыскать.

Нажми на кнопку РПГ-топа, чтобы подыскать себе полноценно живой форум, который будет готов принять тебя. Уверяю тебя, такие имеются.

Если же окажется, что ты не смог найти себе места на других форумах, приходи ко мне, поговорим, быть может, придумаем, что делать.

Фрой Тидолл, пока еще живой глава. ICQ: 668465737

Мы живем благодаря им:


History Repeats Itself

Klaud Nine

мамка-постохранительница

Shinshill

анкетолог-квестодел; мастер интрижек

Emilia Soto

хороший тамада и конкурсы интересные

Nea D. Campbell

главный по дизайну

D.Gray-Man: History Repeats Itself

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » D.Gray-Man: History Repeats Itself » Законченные эпизоды » [Канон] Когда родственники друг за друга горой или не злите Канду


[Канон] Когда родственники друг за друга горой или не злите Канду

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://s9.uploads.ru/t/k1ujd.png

Место: Черный Орден
Участники: Evangeline O'Keeffe, Matthew O'Keeffe, Kanda Yu
Детали: Когда день начинается плохо с самого начала, то он точно не хорошо закончится. Это знают многие, но все же надеются на лучшее. Вот только напрасно. Ни юная девушка, только что ставшая экзорцистом Черного Ордена, ни ее любящий и заботливый брат не рассчитывало на хоть что-то хорошее. Особенно от этих людей, силой удерживающих их у себя и втягивая в свою войну все больше и больше солдат. Тяжелое утро стало не менее тяжелым после шума столовой, кутюмы научного отдела, истязаний в тренировочном зале… Но о последнем Мэтту лучше не знать. Однако и парень-то не слепой видит и новые синяки и общую угнетенность сестры. А тут как назло из-за поворота выруливает и сам виновник синяков. Вот только зря они с ним встретились, ведь у сурового мечника, Канды Юу тоже сегодня не лучший день…

Отредактировано Kanda Yu (Ср, 31 Авг 2016 12:20)

+2

2

      В медицинском крыле пахло травами, спиртом, дезинфекторами и ещё бог знает чем. Специфический коктейль, от него чесался кончик носа, а ещё хотелось громко чихнуть. Ровные ряды одинаковых жестких коек навевали тоску и воспоминания о военных госпиталях, кафельный пол отражал глухим эхо каждый неосторожный шаг персонала и посетителей.
      Странно, наверное, находиться в подобном месте, когда болеешь. Они с братом, к примеру, никогда к врачам не обращались, и со всем справлялись только своими силами. А здесь каждого нуждающегося в помощи сразу отправляют к специалисту. С одной стороны, это было даже хорошо, но с другой же…
      Странно.
- Воздержаться от нагрузок, юная леди. Повторяю ещё раз – воздержаться!
      Почесав свободной от бинтов ладонью свою переносицу, Ева покорно кивнула суровой женщине в платье медсестры, которая складывала на подносе баночки с антисептиками. Стоило Научникам затолкать Эванджелин в медицинское крыло, как эта служительница Асклепия, представившаяся Матроной, тут же взяла её в оборот. Не прошло и получаса, как все её повреждения были внимательно осмотрены, занесены в специальную книгу-журнал, обработаны мазями, замотаны бинтами и заклеены пластырями.
- Никаких физических нагрузок, пока запястье не перестанет ныть. А вдруг там трещина?
      Она ещё раз рассеянно кивнула головой и внимательно осмотрела свою руку, обмотанную бинтами от кончиков пальцев до середины предплечья. Ну да, побаливает, но это не повод пасовать перед трудностями. Если она бросила в лицо длинноволосому азиату дуэльную перчатку, значит, обязана принять собственный вызов, а не пятиться обратно, словно трусливая псина. Кем она будет, если не сдержит собственных клятв и не сможет защитить родного брата? Кем она будет, если останется слабой и беззащитной перед лицом опасности?
Мэттью не может пострадать. Он не станет жертвой игрушек Графа или слуг Ватикана. Она найдет в себе силы оградить его от любой угрозы.
- Мисс, ваша комната. Здесь вы будете жить и отдыхать между миссиями.
      Ева резко вскинула голову и тут же поморщилась, когда шея заныла от столь резкого движения. Погруженная в себя, она совсем не заметила, как мистическим образом переместилась из больничного крыла в длинный, узкий коридор, вдоль которого шла бесконечная череда одинаковых деревянных дверей. Толстые каменные стены с одной стороны, и ведущая в подвалы пропасть с другой. Хорошо хоть перилами оградили, иначе вышло бы слишком символично.
- Где мой брат?
      Единственный из оставшихся рядом с ней учёных, - Джонни, - попытался дружелюбно улыбнуться ей, но вышло как-то жалко и ненатурально.
- Он в полной безопасности, мисс. Смотритель позаботится о нём.
- Я хочу увидеть его. – Ей было плевать на вежливость и плавила приличия. Она не верила ни единому слову людей, которые сначала похитили их и волоком притащили в Орден, а затем заставили её драться с человеком в несколько раз сильнее и фиксировали результаты в блокнотах, слово она была подопытной мышью. Тело до сих пор ныло после непривычной нагрузки и полученных травм. – Я хочу сама убедиться в том, что он в безопасности.
      Джонни прижал к себе планшет, явно не ожидавший такого протеста со стороны побитой девчонки. Взгляд его нервно забегал, а пальцы побелели от напряжения. Где-то над их головами шуршали крыльями летающие камеры – големы.
- Но мисс..
      И тут его взгляд нашёл что-то за её спиной. Плечи ученого расслабились, а на губах снова появилась немного нервная улыбка. Он мотнул головой, призывая Еву посмотреть на то, что пряталось у неё за спиной, а затем молча махнул ладонью на прощание и ушёл прочь.
      Эванджелин медленно обернулась, чтобы увидеть то, что так обрадовало Джонни.
- Мэтт!
      Спустя пару секунд, игнорируя ноющее тело и широкие тренировочные штаны, которые путали ноги, она уже бежала в сторону брата. Раскинув слегка подрагивающие руки, она обхватила его поперек груди и прижалась всем телом, пряча лицо в широком вороте его свитера. Хвала всем существующим Богам, с ним всё в порядке.
- У тебя всё хорошо? Они тебя не обижали? Ты не пострадал?
      Она отстранилась и внимательно смотрела брата с ног до головы, легко похлопывая ладонями по рукам.
      Слава Богу, слава Богу...

+3

3

Подвижный и болтливый китаец доверия не внушал. Он тараторил без умолку что-то об экзорцистах, Черном Ордене и феномене Чистой Силы, но Мэттью злился, слушал его вполуха и все время ерзал на жутко неудобном стуле. Это было свыше его сил – просто сидеть и ждать. Все его существо занимала лишь одна-единственная забота о сестре, тревога мутила разум и полностью стирала всякое желание доверять этому странному человеку. И тем двоим за дверями, псевдоохранникам, и той целой толпе за его спиной, пусть сейчас они околачивались где-то в другом месте.
«О чем он вообще? Не может быть, чтобы все этот было правдой, это больше похоже на страшный, очень абсурдный  сон».
Почти убедив самого себя в нереальности происходящего, парень сильно ущипнул себя за запястье. Боль медленно прошлась по нервам и тут же утихла, а человек в белом не рассеялся в воздухе, а, напротив, вдруг замолчал и с интересом уставился на него поверх своих очков. «Заметил», – обреченно подумал брюнет и сглотнул.
– Как бы тебе не хотелось, это, увы, не сон, – на губах Комуи играла хитрая улыбка, но взгляд его оставался серьезным. – И вам с сестрой  придется остаться здесь, хотите вы этого или нет. Это не плохо, вы быстро приживетесь и привыкнете, к тому же, труднее найти место безопаснее этого. Тебе же хочется, чтобы с ней было все в порядке?
Мэтт кивнул и почувствовал себя еще более неуверенно. Они могут сколько угодно тыкать носом в свою хваленую безопасность, но почему он должен ни с того ни с сего верить этим странным незнакомцам? Он видел немного, но того хватило, чтобы углядеть в этом некую военную организацию. Оставаться здесь ему не хотелось, оставлять Эв – тем более, и еще меньше ему нравилось то, что им не позволяли просто уйти. Они всегда куда-то  бежали, а теперь их посадили под конвой, откуда здесь взяться уверенности.
– Что с Эви? Где она? С ней все хорошо??
Он прямо взглянул в глаза ученого, ожидая услышать емкий ответ. Комуи попытался увильнуть от  темы, вновь углубляясь в пояснения, но парень внезапно уперся и не желал ничего слушать. Ему надоела неизвестность, и этот человек в беретке надоел, и неопределенная ситуация выматывала. Он повторял вопросы не два и не три раза, пока ученый не сдался и не пояснил, что им нужно собрать несколько данных относительно силы его сестры, что каждый совместимый с Чистой Силой человек получает особенные способности, о которых он сам не догадывается. Узнав, что Эв всего лишь исследуют, он немного расслабился.
– Ничего плохого с ней не произойдет, она нам нужна. И ты нам тоже нужен…

* * *

После продолжительного разговора с руководителем Научного отдела ему наконец-то позволили покинуть заваленный бумагами кабинет. Кто-то вызвался показать ему новую комнату, выделенную по его душу. В коридоре Мэттью увидел знакомую фигуру и, сломя голову, полетел в ее направлении. Долго искать не пришлось – видимо, все было специально так подстроено. Орден то ли пустовал, то ли вовсю кипел работой; а Лина, живая и родная, набросилась на него с такими трепетными объятиями, что у него дух перехватило. Вопросы полились потоком, он едва открыл рот, чтобы ответить... и вздрогнул, вдруг разглядев бинты и пластыри на теле девушки. Это не вписывалось в его представления о мирных исследованиях. По-хорошему, он бы развернулся обратно, нашел Комуи и намотал ему обратно всю лапшу на уши; но теперь его никакими естественными и сверхъестественными силами было бы невозможно оттащить от раненой.
– Эв, что с тобой? Тебе больно? – он обхватил бледное лицо сестры ладонями и испуганно заглянул в зеленые глаза. – Покажи мне только того ублюдка, кто посмел сотворить такое, я с ним живо разберусь…

+4

4

Вокруг тихо шелестела листва. Ветер, изредка пробирающийся сквозь густые ветви и растущие чуть ли не вплотную друг к другу стволы деревьев, ерошил волосы и щекотал холодными пальцами оголенную кожу. Закрытые глаза только обостряли все ощущения. Молодой человек отчетливо ясно ощущал и грубую ткани тренировочной одежды, и шершавую, всю в бороздах, кору дерева к которой прислонился спиной, и его не менее шершавые, могучие корни, на которых он сидел. Обостренный тишиной слух улавливал каждое шевеление веточек. Было слышно как подул ветер и сорвал несколько крылаток и они сейчас летят вниз, шумя как маленькие пропеллеры, как какой-то мелкий грызун возится в соседних кустах, тихо попискивая, как пригнула с ветки на ветку белка, заставив шелестеть листву, как хрустнула от этого прыжка тоненькая веточка и тотчас же упала вниз.

В лесу никогда не бывало тишины, но все его звуки были настолько тихими и естественными, почти умиротворяющими, как и сам воздух. Он был свеж и вкусно пах местными травами и цветами, а еще самую малость влагой – не зря же попасть в Главное управление Черного Ордена можно только по воде. Эта влага витала везде. В огромных и полупустых каменных коридорах, в лесу, что окружал башню Ордена, в собственной комнате… Из-за этого В здании чаще всего было прохладно, но Канда быстро привык к этому, как привыкают к тому, чего нельзя избежать. Да и сбежать от Черного Ордена тоже не выйдет.  Многие пытались, те у кого было куда бежать. Канда никогда не пробовал. Он оставил свои попытки еще там, в далеком прошлом, когда только вышел из шестой лаборатории, после того как…
Размеренное дыхание парня сбилось. Мечник нахмурился. У него уже давно не было такого, что он не мог сосредоточиться на медитации, отвлекаясь на посторонние мысли. Что же помешало ему? Может утреннее событие с новой девчонкой, так дерзко бросавшей ему вызов или ее нежелание быть в Ордене? А может то, что он когда-то это уже видел?
Перед мысленным взором тут же всплыло маленькое заплаканное лицо восьмилетней девочки. У нее были длинные темные волосы, простенькое платьице и босые ноги.

«- К черту!» - Канда мотнул головой, выкидывая из головы эти мысли. Потревоженный движением хвост мазнул по плечу, щекоча кожу. Это вызвало желание почесать зудящую кожу, еще больше разрушая медитативное состояние, тем самым зля мечника.
Гневно фыркнув, Парень попытался снова расслабиться, вслушиваясь в собственное дыхание и отречясь от всех мыслей.

Вдох. Выход. По верхушкам деревьев пробежал ветер, едва слышно вороша листву. Вдох-выдох. До острого слуха донеслось, как вернулась давешняя белка, теперь наверняка с чем-то съестным в зубах. Она проворно перепрыгнула на дерево, под которым сидел экзорцист и теперь скребла когтями по древесине, пока не скрылась в дупле. Вдох. Выдох. Теперь ветер пролетел внизу, принеся мечнику запах воды и студя кожу. Вдох. Тихо пророкотала опавшая листва, добавляя в свежести свой запах. Выдох. Вокруг тихо и одновременно вокруг полно всего, запахов, звуков, ощущений. Вдох. Прострекотала белка, выглянувшая из дупла. Канда видел ее до этого и даже с закрытыми глазами мог сказать, что у нее хитрая мордочка, ушки с черной опушкой и пушистый рыжий хвост. А в свете солнца  хвост казался ослепительно ярким, прямо как патлы Глупого Кролика или волосы одной неумехи.

Экзорцист шумно выдохнул и выругался. Неудачное утро вылилось в не менее неудачный день. И, кажется, с этим уже ничего нельзя было поделать. Канда открыл глаза и еще раз выругался, в этот раз более заковыристей. Судя по стоящему в небе солнцу он не пробыл тут всего ничего. Куда меньше, чем собирался. И ничего путного из этого не вышло. Прямо весь день насмарку.

Не став более задерживаться в лесу, экзорцист подхватил меч и направился в обратный путь. Иди не пришлось долго, тем более, что мечник знал дорогу достаточно хорошо, не раз ведь тут тренировался. Главное управление Черного Ордена, как всегда встретило его прохладой и  кучей людей. Тут стояла на посту стража, по первому этажу активно сновали туда-сюда, словно крысы, искатели, а парой этажей выше почти тоже самое делали сотрудники научного отдела. Вот только еще выше, где находились жилые комнаты, коридоры казались словно вымершими. Тут было пустынно, а каждый шаг сопровождало гулкое эхо, уносящее далеко вниз звук шагов.
Поднявшись по очередной лестнице, Канда услышал чей-то разговор, а когда завернул за угол, то и увидел чей. Посреди коридора, как раз на пути к его комнате, стояли Джони, утренняя Мелочь и еще какой-то незнакомый парень. Последние двое активно липли друг к другу, торча посреди прохода. Это так же не повлияло благотворно на и без того злого парня.
Канда не стал ни подкрадываться, ни замедлять свой шаг. Только подойдя на расстояние пары шагов, он негромко рыкнул:

- Прочь с дороги, - мечник уже почти приблизился к стоящей парочке и зло стрельнув глазами, добавил. – Мелочь.

Впрочем, ждать пока молодые люди, по примеру знавшего норов Юу ученого, подвинутся в сторону, экзорцист не собирался. А значит или кто-то пододвинется или будет испытывать на себе мягкость здешних камней.

Отредактировано Kanda Yu (Чт, 18 Авг 2016 22:36)

+3

5

      На какой-то момент весь мир вокруг перестал для неё существовать. Исчезли каменные стены тюрьмы под названием «Черный Орден» и гуляющий по коридорам сквозняк, перестали шептаться спешащие по своим делам сотрудники Научного Отдела, растворился без следа шелест крыльев големов. Больше не ныло перемотанное бинтами запястье, и не саднила под пластырем щека.
      Единственное, что Ева видела – обеспокоенные глаза брата, слышала – его взволнованный голос и шумное дыхание, чувствовала – прикосновение его ладоней к своему лицу. На какой-то короткий, призрачный миг ей почудилось, что плечи вновь оттягивает походный рюкзачок, а впереди маячит высокая фигура Учителя. В волосах путался восточный ветер, а ноги несли на десятки-сотни километров вперёд, в манящую неизвестность. В воздухе запахло кострищем и сырым порохом, перед её помутившимся взглядом недовольный Книжник заталкивал в старую трубку сушеные листья табака, где-то в высоких, густых кронах деревьев ухали голодные совы, а над ухом тихий голос брата рассказывал подслушанные в тавернах сказки. На какой-то миг..
      Который прекратился вместе с новым приступом боли, в этот раз уже в рёбрах. Поморщившись, Ева накрыла руки Мэттью своими ладонями и попыталась беззаботно улыбнуться. Вышло, честно говоря, так себе, но она всеми силами старалась убедить Мэтта в том, что с ней всё в порядке.
Она защитит его, защитит…
- Да ладно, переживу. – Ева тихо рассмеялась и еле удержалась от того, чтобы тут же не завыть в голос. Рёбра свело спазмом, а дышать удавалось через раз. Кажется, этот Канда всё же перестарался с ударом. Чтоб его. – Всё в порядке, просто в спарринге мне попался не совсем удачный партнёр. Такое бывает, ты же знаешь.
      Что-то подсказывало ей, что брат не поверит ни единому её слову, услышит сказанное по-своему, основываясь на том, что видит сам. Что обязательно совершит какую-нибудь благородную, свойственную самому себе, глупость, чтобы защитить её от любых обидчиков – реальных и потенциальных. Он делал так всегда, её маленький рыцарь, и порой это вызывало в ней куда больше страха, чем восхищения.
      Она сжала ладони Мэтта в своих покрепче, до побелевших костяшек пальцев и вновь занывшего запястья.
«Неженка и плакса, смотри сознание не потеряй».
- Я в норме, правда. Так уж полчилось, что не вышла ростом и весом. – Игнорируя смешки Мефистофеля, Ева нашла в себе силы подмигнуть брату. – Пошли, нам выделили комнаты. Осмотримся, а затем подумаем, как нам быть дальше и в какую сторону бежать, чтобы избавиться от этих вояк в чёрном.
      Но уйти далеко у них не получилось. Точнее сказать, не вышло сделать и шага, потому как именно в тот момент, когда Ева решила потянуть брата за собой к одной из сотен одинаковых дверей, в коридоре послышались громкие, отрывистые шаги. А уже через несколько секунд раздался низкий, рычащий голос владельца этих самых шагов:
- Прочь с дороги. Мелочь.
      Ева развернулась к нему так резко, что в шее что-то противно хрустнуло, а перед глазами заплясали черные точки. Всё такой же хмурый, самодовольный и уверенный в своем превосходстве над окружающими, Канда стоял рядом и ждал, видимо, пока они с Мэттом отойдут к стене и дадут Его Экзорцистскому Величеству пройти. Но не тут-то было.
- У. Меня. Есть. Имя. – Она ткнула в сторону длинноволосого азиата пальцем, копируя его рычащие интонации. – Или мне нужно явиться на матч-реванш и вбить в твою голову, что меня зовут, читай по губам, - она указала пальцем на собственный рот и медленно, чётко, по слогам, произнесла: - «Э-ван-дже-лин».
      Боль снова отступила на задний план, на этот раз её место заняла какая-то неестественная сильная злость на молодого экзорциста. Потому вместо того, чтобы выполнить его несложную, хоть и несколько хамскую просьбу, Ева молча сделала шаг в сторону, преграждая Канде путь и одновременно прикрывая собой брата.
      Мефистофель внутри её головы вновь заливался противным, похрюкивающим смехом, от которого все волоски на теле становились дыбом.
«Сейчас он тебе устроит матч-реванш - полетишь через перила навстречу судьбе. Ты, кстати, знала, что люди, которые падают с большой высоты, погибают ещё в воздухе? У них разрывается сердце – это так красиво.» 

+3

6

Врать и не краснеть у Эви не получалось. Все потому, что Мэтт ее хорошо знал, даже слишком хорошо, настолько, что понимал ее порой намного яснее, чем себя. Тем более, когда он был по какой-либо причине взвинчен. В такие моменты все пространство вокруг занимала только его сестра, и любое ее движение, любой жест в его глазах отражался в тысячу раз отчетливее, поэтому о тайнах и неправдах можно было позабыть.
Сейчас был как раз один из таких моментов.
Ей было вовсе не обязательно вываливать всю истину на стол, если она не хотела об этом говорить – ее дело. Конечно, парень попытался бы выудить из нее хоть что-нибудь, быть может, даже не один раз, но он прекрасно знал по себе, что если кто-то из-них по-бараньи упрется, то так бараном и останется. Позже они будут запросто и открыто говорить об этом, но не тогда, когда кому-то по-настоящему плохо.
– В спарринге? В каком таком спарринге?! – он округлил глаза на пол лица, не зная, что и думать. Вот они, методы Черного Ордена. Даже простые исследования Чистой силы оказались не особенно безобидными. Чего дальше можно ожидать от этих людей, думать вовсе не хотелось. Суровая реальность била по сестре, и она была, в сущности, единственным и самым драгоценным сокровищем, что у него было. На ней не было живого места, на лице то и дело отражались отпечатки боли. Мэттью на миг показалось, что она вот-вот распластается на холодном полу, окончательно лишившись сил после «тщательного осмотра» ученых. – К черту комнаты, Эв, мы уйдем прямо сейчас.
«И я посмотрю на тех смельчаков, что решатся нас остановить».
Комуи говорил о безопасности. Если это, на его взгляд, безопасность, то Мэтт – первый кандидат на пробуждение Ноя. Ничего лучше им в голову не пришло, кроме как посильнее навалять безобидной хрупкой девушке. И ведь она даже ничего не сделала! По крайней мере, он не верил в то, что она могла учудить нечто, которое могло бы расцениваться как прямая или даже косвенная угроза Ордену, и за это побита. Очень мужественно и порядочно.
На подошедшего экзорциста в черных одеждах Мэттью не обратил бы внимания, если бы не сестра. Сейчас ему было фиолетово на остальных глазеющих, мимопроходящих и любопытных. Его занимали совсем другие мысли и переживания. Но вот Эви, похоже, уже успела с некоторыми познакомиться. С немым удивлением старший О’Киф наблюдал, как только что дрожащая и ласковая девчушка преобразилась и стала похожа на сторожевую собачку, готовую тотчас же броситься в сторону не очень миролюбиво настроенного незнакомца. Который, к слову, мог немного поприветливее глазеть.
«Они все тут странные и словно задерганные. Что, священная и шибко важная миссия спать спокойно не дает? Или в этом уютном месте мечты аура такая?»
Он хотел предусмотрительно оттащить ощетинившуюся сестру в сторону, но она встала посреди коридора, намеренно растопырив в стороны руки и перегородив собой дорогу. Оставалось только дивиться вселенской злобе, проснувшейся в этом маленьком и побитом теле, ведь ее старший брат до сих пор ничего не понимал. Очевидным было одно: без причины она так себя вести не будет. Взгляд темноволосого скользнул по фигуре «врага». Меч, покачивающийся в закрепленных на форме ножнах, выдавал в нем воина.
…воина.
– Погодите-ка… – тихо встрял в перепалку между молодыми людьми Мэтт. Мыслительный процесс в его голове очень громко заработал. И немедленно связал сестринское опасное приключение с этим человеком. А о том, что он может ошибаться, размышлять времени не осталось. Как и о последствиях. Он нахмурился, немедленно сдвинул Эву рукой в сторонку, не обращая внимания на протесты, и вихрем налетел на азиата. Левая рука смяла под собой черную ткань на его груди, а правая сформировалась в кулак автоматически полетела в направлении нахальной рожи.
Ему стоило сначала объясниться и прояснить ситуацию, но его разум затуманила бессильное ожесточение на все происходящее, и ему требовалась разрядка, посему на смену пришли действия.

+3

7

Рыжая девушка заполошно дернулась на рык Канды, чем еще больше напомнила ему белку. Маленькую рыжую и юркую. С такой самой рыжей шерсткой и большим пушистым хвостом. Сейчас роль этого самого хвоста исполнял черноволосый парень, которого девушка пыталась закрыть собой. Он возвышался над ней на добрых пол головы. Впрочем, последнее было не удивительно, учитывая насколько маленькой была девушка. А еще эта девчонка так же, как и белка трещала своим высоким голоском, пытаясь вызвать страх, показывая, какая она опасная и яростная, но в итоге вызывая только головную боль.

- У. Меня. Есть. Имя. Или мне нужно явиться на матч-реванш и вбить в твою голову, что меня зовут, читай по губам. «Э-ван-дже-лин».

Ее пылкость и излишне шумная самоуверенность начинали утомлять и раздражать. Настроение, и так висевшее в минусовых значениях, упало до минимума. На лицо Канды словно туча нашла. Такая большая и черная, грозовая. Из-под челки только грозно сверкали темные злые глаза юноши. Сотрудник научного отдела Джони, мог знать, что это значит, вот только он уже явно не успевал поведать об этом ни рыжей экзорцистке, ни ее спутнику. Да и если бы успел – расправы над несчастными, попавшими под горячую руку мечнику, было уже не избежать.

- Мелочь, ты еще пожалеешь о своих словах, когда в очередной раз будешь валяться на матах. Мне ни к чему запоминать имя подобной слабачки, - пророкотал голос парня, словно первый вестник бури, что сейчас разразится над несчастными, захватывая их в свои грозные объятья. Канда выдохнул эту фразу почти нос к носу склонившись к девушке и меча взглядом молнии. Но только он хотел насильно пододвинуть, окончательно перекрывшую ему дорогу девушку, как ее спутник начал действовать.
Не успел Канда выровняться и отодвинуть Еву протянутой для этого рукой, как боковое зрение выхватило движение. Теперь между двумя экзорцистами стоял темноволосый юноша. Ему роль живого щита подходила куда лучше, чем хрупкой девчонке.

Этот парень не сильно отличался в росте от самого Канды и был примерно такого же телосложения. Вот только сам экзорцист был тренированным солдатом, причем сейчас очень злым тренированным солдатом.  И терпеть дальше чужое нахальство он не был намерен.
Мелкий ученишка в очках, пробормотав что-то вроде «Ой-йо!», схватился за голову, словно не зная, что ему делать встревать в перепалку или бежать отсюда прочь. Впрочем, сделать он ничего и не успел, так как спутник рыжей девушки первым начал действовать и события снежным комом полетели вниз с горы.

Схватить себя за грудки Канда еще дал, а вот ударить - уже нет. Кулак черноволосого был перехвачен еще в полете. Поймав чужое запястье, мечник не стал ждать, когда противник опомнится, выпустит ткань его одежды, попробует ударить еще раз. Вместо этого экзорцист ударил сам. Коротко, но от того не менее сильно, без замаха, прямо в солнечное сплетение, выбивая дыхание. За таким ударом у мечника обычно следует в связке удар снизу-вверх, в челюсть.  Как раз удобно, ведь в это время его противник все еще сгибается от предыдущего удара, пытаясь протолкнуть в пылающие легкие хоть каплю так необходимого кислорода.
Такая комбинация быстро может вывести из строя слабого противника и дезориентировать сильного. Если после этого парень все еще останется стоять, у Юу всегда найдется в арсенале, чем еще его порадовать.

«- Вот и нашелся способ успокоить нервы», - проскочила мысль, заставив на лице молодого человека промелькнуть паршивой ухмылке, пока глаза неотрывно следили за мучениями его оппонента, ищу ответных действий. Однако при этом Канда отвлекся, забывая про то, что в коридоре стояла еще и рыжая девчонка, совсем не принимая в расчет.

+3

8

      Всё произошло слишком быстро.
      Признаться честно, когда случайные свидетели или очевидцы, которых они с братом опрашивали по долгу ученичества у Книжника, произносили эту фразу, Ева фыркала себе под нос и не верила ни единому их слову. Ну право, как события вокруг могут развиваться настолько стремительно, чтобы ты не успел хотя бы частично осознать их, отреагировать или как-то повлиять на их исход? Даже когда вокруг рвутся снаряды и из окопов разносятся отчаянные крики солдат, даже когда у твоей шеи оказывается тупая, ржавая сталь ножа уличного грабителя, у тебя всегда есть несколько скоротечных секунд для того, чтобы понять, насколько глубока, по шкале от одного до десяти, та пропасть, в которую ты падаешь. И принять решение, способное спасти твою жизнь.
До недавнего момента Ева действительно верила в то, что ситуаций, когда падение занимает меньше секунды, не бывает. 
      Однако, это действительно произошло слишком быстро.
      Ещё мгновение назад она чувствовала исходящую от Канды агрессию, направленную исключительно на неё. Казалось, только что он рычал, словно зверь, и грозился сделать второй спарринг таким же незабываемым, как и первый. В его чёрных глазах мешались злость и раздражение, экзорцист нависал над ней, пользуясь своей разницей в росте, и пытался задавить её морально. И любой другой здравомыслящий человек, наверное, расценил бы подобное поведение как прямую угрозу своему здоровью, одумался бы и отступил, испугавшись агрессии Канды. Еву же так и тянуло ответить, хлёстко и не менее грубо, швырнуть ему в лицо какое-нибудь изящно завуалированное оскорбление, почесать кулаки о его челюсть и отомстить за каждый свой синяк. Глупая, эмоциональная, задетая за живое, ещё не отошедшая от своего поражения девчонка. Совершенно позабыв о разнице в комплекции и силе, она уже подобралась, игнорируя ноющую боль в рёбрах, и даже открыла рот для ответа, когда японец потянулся, чтобы грубой силой расчистить себе проход..
      Но всё произошло слишком быстро. Мэттью сложил два и два.
      Ева успела заметить только то, как он со скоростью молнии обогнул её, закрывая собой, и кинулся на Канду, занося руку для удара. Брат схватил экзорциста за грудки, сжимая в руке ткань его тренировочный формы, и тут же попытался атаковать, но вместо этого получил прямой удар в солнечное сплетение.
      Мужчины сцепились, словно собаки.
      Ноги приросли к полу, тяжелые и непослушные. Где-то на заднем плане охал бездействующий Джонни, шумели крыльями механические камеры-големы. Ева попыталась кинуться вперед, чтобы потянуть Мэтта назад или попытаться хотя бы отвести новый удар в сторону, но слабое тело двигалось так медленно, что не поспевало за стремительно развивающимися событиями. Мысли отрывочные, судорожные, словно спугнутая стая птиц, метались в голове и никак не складывались в логическую цепочку. Лезть между ними – смерти подобно, разнять двух мужчин, каждый из которых выше её на полголовы – тем более.
«Что, не знаешь, как помочь своему обожаемому братишке?».
      Внутри всё скрутило от страха за порывистого Мэтта, который, при всей её безграничной любви к нему, не был ровней опытному Канде. Вспоминая, как охала над ней в больничном крыле Матрона, Ева думала о том, что Мэтту может достаться ещё сильнее, ведь чёртов японец, лишенный свидетелей, явно не планировал сдерживаться. Перед глазами так и стоял образ лежащего на узкой койке брата, от которого начинали подрагивать руки и ныть сердце.
      Набрав полные лёгкие воздуха, она неожиданно для самой себя закричала:
- Хватит!
      И вместе с криком отмерла, возвращая себе контроль над собственными телом и мыслями.  Этот Черный Орден, эти люди в халатах и солдаты, подобные Канде. Все они  - части одного большого отвратительного механизма, завязанного на войне. И им с братом, летописцам и служителям Истории, в этом механизме делать нечего.
      Кинувшись вперед, Ева вытянула перед собой руки и с разбега толкнула Канду в плечо, а затем совершенно по-детски, вкладывая в этот короткий удар все оставшиеся у неё силы, пнула японца в колено. 
- Руки прочь от моего брата!
      Эванджелин даже не удивилась тому, сколько ярости было в её голосе. Этот солдат с высокомерным взглядом посмел ударить её Мэттью, и теперь она сделает всё возможное для того, чтобы он заплатил за это сполна.

+3

9

Мэттью умел драться при необходимости, но в основном все его умения и навыки были отточены в уличных драках, где все были на равных и разбирались в атаках и контратаках постольку поскольку. Когда он был мальчишкой, он нередко отхватывал от соперников. Набирая ссадин и синяков, он все равно чувствовал облегчение, ведь неважно, выиграешь ты или проиграешь безобидную маленькую битву – ты выпустишь пар, оставишь точно такие же отметины на теле «вражины», и тогда можно тихо-мирно разойтись по разным углам. На этом можно ставить точку и никогда больше не возвращаться.
Но чем дальше, тем сложнее становилось. На смену детским кулакам пришли другие виды оружия. Учитель обучил его основам фехтования – но на серьезную баталию их вряд ли бы хватило, слишком мало времени они уделяли этому, и плачевно мало практики было у него за плечами. Позже он совсем забросил это дело, потому что голова была забита куда более важными вещами. Мастером огнестрельного оружия он тоже не был. Целься и попадай, иначе ответ прилетит, когда его не ждешь – вот и вся простая истина, которой он успел научиться. Бывают моменты, когда это становится необходимостью, если нужно следовать дальше. Но убивать он, как и многие, втянутые в войны простые люди, не любил и жутко переживал каждый раз, если подобное все-таки случалось. Тогда вслед за мечом полетел револьвер, и Мэтт зарекся когда-нибудь вновь брать его в руки.
Видимо, зря.
Отвратительного удара под дых он совсем не ожидал, и потому эффект оказался еще более успешным. Дыхание перехватило, и все тело свело тупой дезориентирующей болью, когда конца края не видишь. И вообще ничего больше не видишь и не чувствуешь. В глазах потемнело от нехватки воздуха, а организму отчаянно требовалась пауза на экстренное восстановление, и поэтому вдох какое-то время был действием абсолютно невозможным. Парень скрючился, перед этим еще по инерции остаточными недюжинными силами отшвырнув экзорциста на несколько шагов назад, затем прижимая обе руки к своим ребрам. Или нет? Сейчас он был во всем, что касается пространства, не слишком уверен. Этот всегда безотказный трюк по нейтрализации был очень мерзким, он как бы на месте обрывал все. Краем сознания темноволосый думал, как бы удержаться на ставших ватными ногах, ведь за спиной его сестра. Какой из него дурной брат, если она будет в который раз по его вине плакать, а он ничего не может для нее сделать? Еще и бетонный пол внезапно стал мягким и обволакивающим предателем. Но он лучше помрет, чем сдастся так просто.
Наконец-то ему удалось прорвать барьер боли и жадно вздохнуть. В голове зашумело от внезапной перемены состояния, но злоба от этого не ушла. Кое-как выпрямляясь, Мэтт поднял пронзительный враждебный взгляд на длинноволосого юношу. Как бы ему хотелось сейчас проделать в этом хаме пару-тройку дырок! О его собственных возможностях думать вообще не хотелось. Если даже внезапность не особо помогла, что он тогда может предпринять против того, кто ежедневно пересекается с куда более опасными существами. К тому же, он не исключал и того, что азиат не преминет воспользоваться оружием, если ему надоест отмахиваться от мух руками. И тогда можно гасить свет сразу же.
В бессильной ненависти он сжимал и разжимал кулаки. Крик сестры был сродни ведру ледяной воды за шиворот. Вся злость прошла на раз, на смену ей первым планом вновь выступила тревога за Эви, которая налетела на экзорциста. Будь у Мэттью сейчас время, он бы умилился тому, как она грудью бросается бесстрашно защищать его. Но он слишком боялся, что своими действиями она еще больше разозлит своего знакомца, поэтому без лишних слов оказался за ее спиной. Ей ни в коем случае нельзя тревожить уже обретенные и только обработанные раны, брюнет не был с ней на перевязке, но был на все сто уверен, что медработник именно так и сказал. Решительно обхватив руками девчушку поперек живота, он  оттащил ее подальше от японца. Шестым чувством догадываясь, что в этом состоянии она не будет его особо слушать и, обретя шанс, тотчас же рванется в бой, он не отпускал ее ни на секунду.
– Тшшш, Эв, все хорошо, успокойся, – успокаивающе шептал О’Киф и мягко поглаживал сестру по волосам. Он прекрасно знал, что последует за подобной вспышкой ярости, поэтому предусмотрительно развернул ее к себе лицом и обнял, пряча от всего остального мира, продолжая что-то сбивчиво и тихо рассказывать только ей одной. Лишь его настороженный и предостерегающий взор, то и дело направленный на мечника поверх ее головы, служил напоминанием о том, что он ничего не забыл.

+3

10

Они бесили. Нет, Канду много кто раздражает, особенно из тех, кто пытаются незаслуженно качать права и путаются под ногами. Его выводили из себя искатели, что лезли к нему и говорили об уважении к ним. Как же. Было бы, за что их уважать. Пока что они не сделали чего-то, чтоб доказать, что они достойны внимания и почета, ни о каком уважении не может быть и речи. Особенно при учете, что они все любят кидаться под пули акума и бесславно умирать. Ни тренированные, не умелые, только и могут, что ходить по дорогам и проедать казенные харчи. Нет, среди этой безликой серой массы есть те, к кому бы Канда относился с долей внимания, но их было мало. Слишком мало. Таких людей можно было бы назвать исключением из правил. В основном же орден наполняли безмозглые нищеброды или же сопляки, возомнившие себя великими воителями. От них так и веяло  запахом смерти. Они обычно умирали так же быстро и легко, как и появлялись в Ордене, не оставив после себя ничего. Одни шли сюда, чтобы прославиться, другие, чтобы отомстить, третьи потому что больше идти было некуда. Но всех их ждал один и тот же конец – смерть. Это совсем не стоило уважения.

Раздражали Канду так же и работники научного отдела. Вечно занятые, вечно бледные и сонные. Они тараканами сновали во всему Главному управлению или же сутками напролет сидели в своих библиотеках и лабораториях. Если бы они еще при этом делом занимались. Добрая часть того, что они придумывали была бессмысленной дребеденью. А оставшуюся часть занимали жуткие эксперименты. Это уже были не те вещи, что проводились в прошлом, но не менее страшные. Мечник каждый раз недовольно фыркал, видя новое безумное изобретение Научного отдела.

Но больше всего парня злили люди, сидящие в верхушке Ордена. Мерзкие, лицемерные, лживые, говняные твари, которым и жить-то не стоит. От одного только упоминания о них Канду охватывал гнев. Он бы с большим удовольствием лишил бы жизни половину из них, а вторую пропустил бы через все те муки, что прошел сам.
И все же парочка, стоящая сейчас перед парнем раздражала. Они бесили. Оба. Что мелкая, глупая и бесполезная девчонка, что парень, решивший попробовать свои силы на Канде. Даже более того на злом Канде, а это еще опаснее.

Экзорцист уже записал парня в ряды смертников и решил испытать его в роли боксерской груши. Первый удар прошел прекрасно. Черноволосый и желтоглазый, словно кот, парень не ожидал удара. Согнувшись в три погибели, он пытался сделать хоть один вдох, но у него это не выходило. Весьма удобно для продолжения атаки, вот только в последний момент этот Кошак успел оттолкнуться-оттолкнуть Канду от себя. Надо отдать парню должное. Не ожидавший такой реакции мечник и впрямь отступил на пару шагов, давая тем самым парню время сделать первый вдох. Как раз самое время было, чтобы добить парня, пока он не опомнился окончательно. Вот только когда Юу уже поднял руку, чтобы окончательно вырубить парня, раздался крик

-Хватит!

На мгновение Канда опешил. Он напрочь успел забыть об этой рыжей, а потом ее рывок заставил действовать на одних рефлексах. Он почти ударил ее. Только многочисленные тренировки и спарринги помогли сдержать кулак у самого лица Мелочи. Тонкие руки толкнули мечника в плечо, но практически не причинили никаких неудобств. Крик безрассудной девчонки целительно подействовал и на ее спутника, вставив мозги в нужное место. Черноволосый вместо того, чтобы продолжать драться схватил свою сестру и оттащил от Канды. Девушка ногами махала в воздухе, но у нее так и не вышло достать до Юу.
Этот чудак тут же заключил новоиспеченную экзорцистку в объятья и принялся успокаивать, словно не он только что первым лез в драку. От этого вида мечник оторопел на мгновение и зло прошипел.

- Идиоты чокнутые, - парню очень хотелось избить кого-то в мясо или хотя бы сломать воооон ту колону. Но только это не даст ничего, кроме мороки и выговора от Смотрителя. А это раздрадало почти не меньше, чем эта странная парочка родственников. Стоило успокоиться и быть может вновь вернуться в тренировочный зал, восстанавливая потраченные на них нервы.– Свалите подальше отсюда, раздражаете.

Мечник уже вновь планировал вернуться к прерванному некими уникумами пути, как за спиной затрещали крылья големов, а следом послышались шаги. В коридоре появились новые действующие лица в лице двух солдат.

- Господин Канда, господа О’Кифф. Вас троих просит к себе в кабинет Смотритель. Немедленно, мы проводит.

Экзорцист посмотрел на них, стрельнув глазами на замершего у стенки Джони и на трепещущих крыльями големов в коридоде и грязно выругался.

- Выходит уже доложили, шустры гады.

- Свалили. Нахрен. Я. Не иду, - черной тучей навис над ни в чем неповинными людьми Канда. Быть может, так бы и вышло у второго экзорциста избежать посещения Смотрителя Ли, если бы не его голос раздавшийся из динамиков.

- Канда, я жду тебя. И вас Эванджелин и Мэттью тоже.

После этого мечнику ничего не оставалось кроме как фыркнув и выругавшись под нос направиться к кабинету Комуи.

+3

11

  Безрассудная попытка заступиться за Мэттью чуть не стоила ей пары зубов или же сломанного носа, это смотря куда попал бы кулак Канды. Стоит отдать должное мастерству солдата, он смог вовремя остановить руку и избежать лишних травм на теле и так уже униженной и оскорбленной сверх меры Эванджелин. Возможно, если бы не злость на него и не беспокойство за брата, Ева даже оценила бы такой уровень контроля над своим телом. Но куда больше, в этот самый момент, её волновали безопасность Мэтта и месть за бесчестный удар в солнечное сплетение, от которого тот до сих пор не мог прийти в себя.
      Он. Ударил. Её. Брата.
      Внутри поднималось что-то темное и пугающее. В Канде неожиданно начало раздражать всё – от хамовитой манеры вести разговор до шнурка, стягивающего длинные блестящие волосы. Ева даже не удивилась призрачной мысли потянуть за этот самый шнурок, а затем накинуть его на шею наглого солдата, если хватит длины, и скрутить посильнее.
      Шальная мысль испугала её сильнее довольного, урчащего смеха Мефистофеля.
      Занесенная для пинка нога так и не достигла своей цели – отошедший от болезненного удара, Мэттью неожиданно обхватил её поперек корпуса и буквально оттащил от Канды, не дав свершиться маленькой женской вендетте. Рёбра под его руками вновь свело от ноющей, тянущей боли, на глазах непроизвольно выступили слёзы, которым она сейчас не могла дать воли. Пару раз рефлекторно дернув ногами в воздухе, Ева расслабилась в любящих, заботливых объятиях старшего брата. Неестественная злость исчезла так же резко, как и появилась.
- Мэтт. – Брат обнимал и гладил её по голове так, словно это она только что стала жертвой психоза одного солдата, а не он. Её храбрый, безрассудный, самоотверженный любящий рыцарь. Обхватив его дрожащими руками, Ева в который раз за эту жизнь пожелала научиться поглощать его боль, принимая её, как свою собственную. – Ты в порядке? Сильно болит? Он тебя не задел?
      В его руках было спокойно и безопасно, и будь на то воля Евы, она бы никогда не разжала объятий. Но конфликт всё ещё не был исчерпан, рядом по прежнему шипел змеёй Канда и что-то тихо блеял испуганный Джонни. Они всё ещё против воли находились в военной организации под названием Черный Орден. И этой небольшой коридорной потасовкой, кажется, нарушили какие-то местные правила.
      Охранники, Ева видела их в коридорах первого этажа, словно из воздуха материализовались. И тут же настоятельно попросили проследовать за ними в кабинет Смотрителя, голосом которого заговорили динамики. Неужели они совершили какой-то серьезный проступок? С одной стороны, это могло означать, что их выгонят из Ордена, тем самым подарив долгожданную свободу. С другой же…Если они проверяют способности будущих солдат спаррингами с чокнутыми азиатами, то как же тогда наказывают за дисциплинарные проступки?
      Поборов малодушное желание запереться вместе с Мэттью в новообретённой комнате, Ева крепко сжала ладонь брата здоровой рукой и легонького потянула его следом за хмурым Кандой.
- Всё будет хорошо. - Она ободряюще улыбнулась ему кончиками губ, а затем нырнула под руку брата и приобняла его за талию. Получить такой обидный и болезненный удар, Мэтт наверняка до сих пор чувствовал себя плохо. - Он первый начал.
      Прозвучало совсем по-детски, не хватало только обличающее ткнуть в идущего впереди японца пальцем. Но почему-то, стоило озвучить вслух эти простые слова, как на душе сразу стало легче. Они с Мэттом и правда не виноваты в том, что Канда такой вспыльчивый, а значит, скорее всего, Смотритель ограничится только устным предупреждением. В противном же случае, она возьмет на себя всю вину за случившееся.
      Оказаться в кабинете Комуи во второй раз за день было как-то даже неловко. Охранники остались в коридоре, Джонни по-тихому смылся ещё на пути к Смотрителю, так что у письменного стола главы ГУ ЧО стояло всего трое – прижавшиеся друг к другу О’Кифы и хмурый аки грозовая туча Канда.
      Сам Сенешаль сидел, облокотившись о пыльную поверхность стола, и внимательно рассматривал гостей. Весь его вид выражал собой глубочайшее разочарование и вселенскую печаль.
- Ох, дети.. – Он покачал головой, поправляя сползающие на кончик носа очки. – Я жду объяснений. От каждой стороны.
      Ева только крепче прижалась к брату. Открытые руки и плечи холодил гуляющий по помещению сквозняк, тело ныло и требовало отдыха. Она устала и хотела как можно поскорее увести отсюда Мэттью.

Отредактировано Evangeline O'Keeffe (Вс, 18 Сен 2016 22:09)

+3

12

Злобная ругань мечника доносилась до него словно издалека, минуя целый коридор от начала до конца и только потом возвращаясь в нужные уши. Всерьез он это не воспринял, да и слышал уже не в первый раз подобную ругань. Бывали времена похуже, и Мэттью научился легко пропускать оскорбления мимо, если поблизости была Эви. Тем более, она тоже не теряла времени, и вопросы сыпались градом. Очевидные вопросы, на которые ему, впрочем, тоже не очень хотелось отвечать. Она дрожала от переживания, а он только улыбался и гладил ее по голове, кивая на все и тем самым подтверждая: «Да, я в полном порядке».
Ему только и оставалось стиснуть зубы и делать вид, что все хорошо. Все на самом деле было не так уж плохо, помимо того, что в ушах все еще громко отсчитывались удары сердца, а боль в груди тихонько подвывала в такт. Удивительно, но от такого удара он быстро отошел. Не будь рядом сестры, не будь его голова занята только ею, все могло бы обернуться иначе.
Реакция на склочные разборки между молодыми людьми не заставила себя ждать. Парень уже не удивился, хотя бы потому, что ему на сегодня приключений хватило с лихвой. Слишком утомительным были эмоции, слишком надоел ему весь Орден. Если кому-то хочется наблюдать за каждым их шагом – пускай, смысла в этом все равно немного.
«Оперативно они работают, и это при всем количестве людей в этом огромном здании… Либо у них времени слишком много, либо глаз».
Маленькие големы напоминали летучих мышей и несколько нервировали быстрыми движениями и хлопками тонких крыльев. Стоило больше обращать на них внимание и, вероятно, держать язык за зубами, когда они поблизости. Заметив на себе робкий взгляд снизу вверх, Мэтт опустил на сестренку глаза, крепко сжал ее ладошку и просто тепло улыбнулся в ответ:
– Спасибо, Эв.
Какое же это счастье, что она у него есть. Он не стал ей мешать, когда она пыталась поддерживать ему и помогать, хотя это вовсе не требовалось. Ему было даже немного стыдно, учитывая, какие раны покрывают ее хрупкое тельце. Не уберег, да еще и в стычку втянул… вполне заслуженно теперь придется выслушивать Смотрителя снова. Сколько времени прошло с тех пор, как он вышел из его кабинета? Пять минут? Десять?
«Поздравляю, мы успели отличиться в рекордное время. Было бы неплохо, если бы нас прогнали в шею за нарушения».
Но их ждал лишь выговор. Это было понятно по одному только лицу Комуи и по его первым словам, которые встретили виновников торжества в его кабинете. Вместо объяснений Мэттью очень хотел показать рукой неприличный жест и послать куда подальше, но что-то удерживало его от открытой грубости. Вероятно, тишина в комнате, внимательный взгляд из-под блестящих очков и жавшаяся к его боку девчушка. Темноволосый насупился, бросая недовольные взгляды на экзорциста неподалеку. Тому тоже не особо улыбалось здесь находиться, но что свершилось, то свершилось.
Драматическая пауза несколько затянулась, и это было понятно: никто не хотел добровольно признавать себя виновным. Манера Смотрителя переживать по любому поводу бесила. Особенно она бесила, когда ты только-только появился, не хочешь оставаться, и вовсе не хочешь считать всю эту повернутую компанию семьей.
– Эмоции взыграли, вот мы и вспылили, – буркнул О’Киф, наконец нарушая гробовое молчание. Он неприметно сжал пальцы Эванджелин в своей ладони, давним привычным жестом давая понять, что ей не нужно объясняться и лучше держать рот на замке. Ему хотелось поскорее выбраться отсюда, и чем быстрее они закончат это представление, тем лучше. Настроение и так было ни к черту, а после нависшего в воздухе грядущего выговора оно стремительно катилось к нулю. Да и что он мог сказать? Правду этот шут в беретке все равно не поймет. – Больше не повторится.
Почти пробуравив в нем глазами дырку, он оставил белоснежную одежду несчастного и убитого горем и уставился в заваленный бумагами пол. Больше он не собирался проронить ни слова. Хотел Комуи того или нет, ему придется довольствоваться этим – по мнению Мэттью, конечно же. Ни извиняться, ни распинаться в ненужных дискуссиях он не желал. По крайней мере, не сейчас. С него хватит выслушивания нудных укоров и покачивания указательного пальца из стороны в сторону, с унизительными пояснениями вроде «нет-нет, детки, так не пойдет, вы должны жить в мире и гармонии».
Ага, как же.

+2

13

Чеканный и размеренный шаг Канды прямо пылал сдерживаемыми эмоциями. Как минимум для тех, кто успел узнать мечника ближе неясного фырка или приставленного к горлу меча. Гулкие коридоры Главного Управления Черного Ордена сменялись одни за другими, пока путь экзорцисту не преградила дверь в кабинет Смотрителя.
Всю дорогу Юу не проронил ни слова, несясь вперед, как будто это был вопрос жизни и смерти, а не вызов для разноса от начальства. На все, так и звенящие любовью и заботой друг к другу, речи его новых знакомых он не обращал внимания. Предпочитая их игнорировать, чем кривиться в презрительной гримасе еще больше.

«- Развели тут сопли…»,
- с долей отвращения подумал Канда. – «Можно подумать что-то серьезное случилось. Еще два родственных комплекса пожаловали. Будто на Ли не хватало».

Двери кабинета отворились, чтобы впустить внутрь трех молодых людей. Охрана при этом осталась стоять у двери снаружи.

«- Еще бы, Комуи их давно выдрессировал не входить к нему без лишней необходимости», - злобно ухмыльнулся парень, вспоминая, каким именно образом вояки отучились вламываться к Смотрителю.

Внутри комнаты ничего не поменялось. Все те же книжные полки, тот же стол, заваленный нужным и не очень хламом и засыпанный бумагами пол с узкой тропкой к столу. И Смотритель, грозно сверкающий умными глазами через стекла очков. Уже по одному его виду было ясно, что грозность и злость нарочная. Вошедший в режим серьезности Ли выглядел, а главное ощущался, несколько иначе. Однако, чтобы понять это надо было хорошо знать этого ушлого китайца. Хотя бы несколько лет и долгие, муторные миссии и отчеты по ним.

«- Но для этих простофиль и такой сойдет», - грубо фыркнул под нос мечник, одаряя еще одним мрачным взглядом стоящую рядом парочку. Виноватым Канда себя не чувствовал. От слова совсем. Не он был зачинщиком спора, приведшего к обмену ударами. – «Хотя какая там драка, курам на смех. Этот Кошак стоит на ногах, а меня даже не задели».

Смотритель заговорил. Японец в ответ только цокнул зубами, чем заслужил более пристальный и грозный взгляд. Возможно, он ошибся и Комуи злился чуточку сильнее, чем думал экзорцист. В кабинете повисла тишина. Открывать рта Канда и не подумал, тем более, виниться в чем-то.

«- Еще чего, нашли идиота».

Когда молчание стало совсем уж неприличным, заговорил спутник рыжеволосой малявки.

– Эмоции взыграли, вот мы и вспылили. Больше не повторится.

Мечник фыркнул. Достаточно громко, чтобы его могли услышать и семейство О’Киф и Смотритель. Вот только едва он отвел глаза от книжной полки, которую перед этим буравил взглядом, как натолкнулся на направленный на него взор Комуи.
Ли старший, внимательно смотрел на парня.

- Ну а ты, Канда? Ничего сказать не хочешь?

- Ничего, - отрывисто выдохнул Юу, но под взглядом Смотрителя вынужден был продолжить. – Сами виноваты. Нехер лезть первыми.

В ответ Ли только покачал головой. Разумеется, его не устраивал такой ответ, разумеется, он был разочарован и расстроен поведением, что Канды, что новой парочки, вот только… Только сам мечник плевать на это все хотел с верхушки Черного Ордена. У него сегодня и без того был паршивый день, чтобы сейчас рассыпаться в вежливости к тем, что ее не заслуживает. Или же слушать нудные нотации на тему не убий, мира и процветания в их большой и дружной семье, тьфу. Японец имел предел терпения, и он вот-вот грозил переполниться, пролившись через край кровавым дождем.
Не успел Комуи открыть рот для начала длинной, иначе он не умеет, тирады, как экзорцист вскинул голову.

- Тч, Комуи плевать я хотел на этих доходяг. Но так и быть, если первыми не полезут не трону. Доброй ночи, - на последних словах японец развернулся и чеканным шагом вышел из кабинета, даже не потрудившись закрыть за собой распахнутую настежь дверь.
Впереди его ждали родные стены собственной комнаты и длинная ночь, которую он с удовольствием потратит на отдых, а не выслушивание нравоучений.

+2

14

      В кабинете Смотрителя было слишком пыльно и неуютно. Пол был завален бумагами, часть из которых наверняка содержала в себе военную тайну или просто информацию, которая не должна была попасть в руки двух недо-Книжников. Стол ломился от папок и документов, на его некогда отполированной поверхности темнели неаккуратные круги от кофейных чашек, а стены, казалось, полностью состояли из стеллажей, кое-как заставленных бухгалтерскими книгами и бумажными папками.
      Наверное, у кого-то подобное вызывало теплые чувства, мол, человек настолько занят работой, что некогда убираться, или считает себя выше этого самого порядка. Смотритель создавал впечатление именно такого человека – творческого, несколько далекого от бесконечной писанины, канцелярщины и рабочей рутины.
      Вот только именно это и отталкивало от него Еву.
      Комуи выглядел так, словно готов был стать им с Мэттью другом. Словно они должны были ему довериться.
      Ещё чего.
      Под его хмурым взглядом было как-то неуютно и даже самую малость стыдно. Ева неосознанно чувствовала себя ребёнком, ободравшим соседскую клумбу для того, чтобы подарить собственной матери букет цветов – вроде бы ничего дурного не сделала, но взрослые всё равно ругаются и требуют извиниться.
      Они с братом не сделали ничего дурного, защищались от неадекватного, агрессивного Канды, но отчего-то именно Мэттью начал объясняться первым, опустив все подробности и практически выгораживая хмурого азиата, стоявшего неподалёку с видом настолько независимым, что вновь зачесались кулаки.  А затем этот нахал ещё и громко, выразительно фыркнул.
      Только теплые пальцы брата, сжимающие её влажную ладонь, удержали Еву от глупости в виде меткого, но крайне ёмкого комментария в сторону зазнайки.
      «Сами виноваты»? «Доходяги»?  Если раньше Ева ещё хоть немного, но сомневалась, что явится на завтрашний спарринг, то теперь точно была уверена в том, что обязана прийти. Хотя бы для того, чтобы немного проредить этому острому на язык азиату его зубы. За этот удар, практически сбивший Мэттью с ног, за каждое едкое слово и высокомерный взгляд.
«Ты слишком подвержена влиянию эмоций, девчонка. Мёртвой тебе было бы лучше».
      Ева переплела пальцы своей здоровой руки с пальцами брата.
- Заткнись.
      Её шёпот был заглушен хлопком двери, с которым Канда покинул помещение. Азиат удалился, нахамив даже собственному начальству, а они с братом остались стоять посреди заваленного хламом кабинета. В кабинете вновь воцарилась тишина, прерываемая только немного шумным дыханием ещё не до конца оправившегося Мэттью, которого Ева успокаивающе поглаживала по спине, забыв про собственные синяки и ссадины.
      Её милому брату нечего было делать в обители этого чудаковатого ученого в беретке. Сейчас брат должен был отдыхать в мягкой постели и приходить в себя, пока она готовила бы ему травяной чай и гладила по голове, напевая колыбельные. В идеале – всё это должно было происходить все стен этих каменных Орденовских казематов, но начать стоило хотя бы с малого. А именно, убраться подальше от этого внимательного, полного понимания и сочувствия взгляда из-под очков-половинок.
      Не нужно было так смотреть. Не нужно было делать вид, что ему есть до них хоть какое-то дело.
      Ева уже хотела было вежливо, но настойчиво попросить Смотрителя отпустить их на все четыре стороны, как тот вздохнул, поправил сползшие на кончик носа очки и прервал затянувшееся в кабинете молчание.
- Что ж, думаю, данный инцидент можно считать исчерпанным. Надеюсь, впредь подобного не повторится, ведь драки в родном доме – плохой признак. – Комуи принял беззаботный, практически легкомысленный вид и встал из-за стола, сбивая с пыльной поверхности стопку бумаг, да переворачивая чашку кофе на пару раскрытых конвертов. Мужчина тут же засуетился, схватил промокшую бумагу и начал стряхивать с неё лишнюю жидкость. – Можете идти отдыхать, вы оба. Но сначала зайдите в медицинский кабинет.
      Ева облегченно выдохнула, не сдерживая улыбку. Надо же, ни дисциплинарного наказания, ни даже бранного слова, одни только укоризненные взгляды. Она подняла на брата посветлевший взгляд и крепче сжала его ладонь. Кивнув Комуи, она потянула Мэттью за собой к выходу из кабинета.
      Ли прав, Мэттью нужно показать местной целительнице, чтобы та убедилась в том, что психованный азиат не переборщил с силой удара. А затем она отпоит его чаем и позаботится в том, чтобы брат хорошенько отдохнул.
      У самого выхода, уже открыв дверь и выскользнув в коридор, она отчего-то обернулась назад, чтобы увидеть, кК Комуи охал над упавшими на пол документами.
«И этот человек занимается исследованием великого Куба».
- Доброго дня, Смотритель.
      И прикрыла за собой дверь прежде, чем тот обернулся на её голос.

+3

15

Краем глаза приметив чуть вопросительный взгляд сестры, О’Киф только сильнее поджал губы и рассмотрел на полу один из тысячи чертежей, который в другой ситуации мог бы сильно его заинтересовать. Тонкие линии складывали любопытную конструкцию, чертеж был аккуратно проработан и в отдельных частях – коряво подписан, но лежал относительно далеко от них в самой тени стола. Слишком сложно, чтобы попробовать что-нибудь увидеть и понять.
То, что происходило дальше, нисколько не отклонялось от некого сюжетного плана, что призраком маячил в голове парня. Оба азиата были настолько просты, насколько позволяла фантазия: один был готов злобно плеваться в сторону до самого победного конца, другой своими укорами и причитаниями строил из себя главного, но, если судить по реакции его подчиненных, у него мало что получалось.
Стоило признать, что Мэттью был несколько удивлен, что Канда, – а именно так звали длинноволосого мечника, теперь-то он, наконец, услышал и хорошенько запомнил его имя, – вообще хоть что-то сказал «в свое оправдание». С него стался бы убивающий взгляд в стороны всех находящихся в кабинете и хлопок дверью. Навряд ли где-то нашелся бы отважный доброволец, рискнувший (только) попытаться (все равно безуспешно) остановить японца.
«Истеричка», – отчего-то подумалось лаконично, когда дверного «бум» и треска разваливающейся дверной рамы все-таки не последовало. Такое поведение его отталкивало, и Эв, мягко жавшуюся к его боку, очевидно, тоже. По ее мимолетным движениям он заметил, что грубые слова снова ее разозлили, пусть и ненадолго. – «А ведь ей  с ним еще не раз пересекаться… даже страшно представить, в каком настроении он заявится в следующий и раз. И сколько синяков и ссадин появится у нее».
А потом ему очень захотелось обнять сестренку, и перенестись далеко-далеко, на всеми забытую лужайку. Валяться в зелени травы, под тенью раскидистых вековых деревьев, и удивляться, как гармонично огненные волосы обрамляют родное лицо, и смотреть, как она улыбается. Сможет ли она и дальше так искренне улыбаться?
Тяжело вздохнув, Мэтт поморщился – последствия удара все еще давали о себе знать. Наверняка он будет помнить об этом и последующие несколько дней. От одного только процесса дыхание ныло в груди, причем на выдохе даже сильнее, чем на вдохе. И резких движений делать совсем не хотелось. Не факт, что боль отзовется, но даже экспериментировать не хотелось. Будь его воля, он бы не пошел ни в какой медуголок. Но для Эв это было жизненно важно, да она и не спрашивала, просто тянула за руку в уже знакомые места. Поэтому брат просто послушно и молча следовал за ней, гадая, как она может ориентироваться посреди этих серых громадных стен и бесконечных коридоров. Для него все выглядело абсолютно одинаково.
«Она уже начала вписываться в историю этих стен», – печальное открытие озарило его, пока он разглядывал тонкие плечи девчушки, и вслушивался в ее тихий торопливый шаг. Пускай они отчаянно этого хотели, но дороги назад уже не было.
Медработники наскоро осмотрели его и к облегчению обоих О’Киф констатировали, что никаких опасных и неопасных внутренних повреждений в районе груди обнаружено не было. На беглые вопросы «Тут больно? А там?» он лишь отрицательно кивал головой и терпел. Ребра не сломаны и дырка насквозь не пробита – и это уже хорошо. Возможно, какое-то время там будет красоваться синяк, но даже это не обязательно. Пока он пропускал мимо ушей важные скучные пояснения, Эв успели сменить несколько повязок. Видимо, раны закровоточили от ее прыти, злости или стресса. Это не выглядело таким уже серьезным. Пока что.

Когда они наконец-то вернулись в выделенные им комнаты, единственное, что чувствовал эттью – бесконечная усталость. Он не заметил, в чью именно комнату они зашли, не стал критично и долго осматривать временное (или уже нет?) убежище, единственное, что ему нужно было – небольшой диван, коварным монстром стоящий посреди затемненной комнаты. Но стоило только найти выключатель, как все тут же преобразилось. Парень безразлично плюхнулся на диван, о чем тут же пожалел и почти взвыл в потолок, но сдержался, испуганно взглянув на сестру. Она намеревалась еще что-то бурно делать, говорила о чае, но ему ничего этого не нужно было. Поймав рыжую за руку, он притянул ее к себе и осторожно усадил на колени. Все, что ему на самом деле было важно – ее успокаивающая близость. Лучшее доказательство, что человек и счастье – два очень простых понятия.
– Что тебе сказали по поводу твоей Чистой Силы? – тихо спросил Мэтт, прикрывая глаза и слушая журчание сестринской речи. Он обнял маленькое тельце и уткнулся носом в яркие волосы. Они пахли теплом и летом

+1


Вы здесь » D.Gray-Man: History Repeats Itself » Законченные эпизоды » [Канон] Когда родственники друг за друга горой или не злите Канду


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC