Mercy

ангел-наблюдатель и #тыжпрограммист

Tyki Mikk

пиар-менеджер, массовик-затейник.

Marian Cross

лучшй из лучших, падайте ниц — анкетолог

Froi Tiedoll

глава песочницы с лопаткой в форме упоротости

headImage

Лучший пост: Allen Walker

(Дети декабря)

В цирке старого Гизмо идеальным было всё: афиши, купол, манеж, животные, артисты. Трюки и фокусы – что-то невозможное, настоящее волшебство. Представление – яркое, фееричное шоу, распаляющее в зрителе веселье и смех, увлекающее от начала и до самого конца. Их ждали с нетерпением, билеты расходились в считанные минуты, и даже самое короткое уличное выступление пользовалось сумасшедшим успехом.

читать дальше

Лучший эпизод: House of the Rising Sun

(Sheril Kamelot, Tyki Mikk )

Последняя неделя выдалась довольно-таки тяжелой: этот противный, наглый и напыщенный индюк Бенджамин Лоуренс совсем потерял совесть. Секрета тут не было, они оба друг друга недолюбливали и старались избавиться от соперника любым способом. Однако, в последнее время все ходы достопочтенного и не очень, Лоуренса перешли все границы. Будучи пораженным и оскорбленным до глубины души происходящим, Шерил Камелот объявил конкуренту, что он сотрет его в порошок прежде, чем тот придумает свой следующий шаг. Права, война эта выглядела не так серьезно, на фоне всех тех действий, что творил Камелот относительно других стран. Всё это выглядело, скорее, как попытка самоутвердиться за счет другого, более слабого участника, но слабым становиться никто не хотел. Простые действия уже не срабатывали, было необходимо создать что-то невероятное, то, что помогло бы избавиться от Бенджамина, за исключением его смерти.

прочитать весь эпизод

History Repeats Itself

Klaud Nine

мамка-постохранительница

Shinshill

анкетолог-квестодел; мастер интрижек

Emilia Soto

хороший тамада и конкурсы интересные

Nea D. Campbell

главный по дизайну

D.Gray-Man: History Repeats Itself

Объявление

Господа, не забывайте, что все наши объявления теперь отображаются в БЛОГАХ СЛЕВА! Не пропустите важные новости и оставайтесь в курсе последних событий!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » D.Gray-Man: History Repeats Itself » Канон » Лето тысячи дорог


Лето тысячи дорог

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Место и время: Особняк Д. Кембеллов. Время года: лето.
Участники: Мана Д. Кембелл, Неа Д. Кембелл, Мариан Кросс

В жизни Маны и Неа есть только яркое солнце, бескрайнее пшеничное поле и ласковая улыбка Катерины. Еще есть Мариан Кросс, который рассказывает интересные истории и может показать фокус, если его хорошо попросить.
В жизни Маны и Неа чудовища прячутся под кроватями, но разбегаются по углам, едва только на них упадет луч света. Да и кто вообще боится несуществующих монстров, когда тебе всего девять и вся жизнь кажется веселым приключением, а будущее — светлым и многообещающим?

Жизнь не бывает скучной или опасной — так думают Мана и Неа.
Мариану Кроссу уже давно не девять, но он не спешит их разубеждать.

http://sf.uploads.ru/Qa1pN.jpg

[nick]Mana D. Campbell[/nick]
[icon]http://s2.uploads.ru/nRQoH.jpg[/icon]

Отредактировано Millenium Earl (Сб, 27 Май 2017 11:02)

+5

2

Лежа по уши в  малиннике, с саднящим локтем и ушибленной коленкой, слушая издевательский стрекот кузнечиков, Мана думал о том, что его предал забор.  И предал со всей своей ссохшейся старческой подлостью, треснув именно в тот момент, как мальчишка уже перекинул через него ногу, стоя на перекладине и собираясь спрыгнуть на другую сторону.
Забор, отделявший хозяйственный двор с небольшими, деревянными постройками, он планировал преодолеть быстро, чтобы не попасться брату на глаза и скрыться до поры до времени в тянущемся почти к самому горизонту пшеничному полю, по другую сторону которого пряталась река и пролесок. Он думал обогнуть участок и перебраться с другой стороны обратно, но в итоге оказался опрокинут, да ещё и в малинник.
Глядя в синее-синее, пронзительное до крика, небо мальчишка щурился от яркого солнца, висевшего высокого на небосводе раскаленным огненным кругом. Солнце пылало и обрушивало на Ману лавину сухого жара. Словно кто-то сыпал с громадного, как Сахара, противня потоки горячего песка. И его тугие бесшумные струи прижимали мальчика к земле. Распластанный среди колючего кустарника он оказался в полной власти солнца. Но что оно могло с ним сделать? Сотый раз прожарить насквозь? Добавить еще один слой к матово-кофейному загару? И Мана снисходительно, даже с удовольствием принимал на себя лучи безоблачного августовского полдня.
Прислушиваясь и осторожно пошевелившись, мальчишка перевернулся на бок и медленно приподнялся на локтях, раздвинул рукой те упрямые стебли, которые не пали под его весом, рукой и осмотрелся настолько, насколько это было возможно.
Неа не было видно.
В обычных прятках редко и мало кто бегает после того, как найдёт укромное местечко. Но их с Неа прятки были необычными. Даже не были толком прятками и именно поэтому перелезая через забор Мана крепко держал в одной руке рогатку, а пояс ему оттягивал привязанный тесёмками мешочек с шершавыми глиняными шариками. На днях они с братом налепили их у реки целую кучу, а потом сушили на подоконнике. Глина покрылась мелкими трещинами там, где её бока слишком сильно прогрело солнце, но зато отлично просохла.
Поднявшись в полный рост, мальчишка опасливо осмотрелся. На несколько секунд он увидел боковым зрением тёмную вихрастую голову, выглянувшую из-за широкой вишни, но успел пригнуться и самодельный снаряд просвистел у самого его уха. Сев на корточки, мальчишка стал гуськом выбираться из малинника, на ходу доставая из мешочка шарик и положив его на жгут. Нужно было всего-то один разок успеть хорошенько прицелиться... Ладони его были зелёно-черными от травы и земли, на рубашке красовались свежие пятна, а на коленках и руках не менее свежие ссадины и длинные царапины.
Мана уже представлял всё то, что им скажет по этому поводу старая Нэнси, которая никогда не одобряла их игр и неизменно ворчала на беспорядок и разруху, что их сопровождали.  Брат иногда говорил, что она просто не любит детей в целом и их конкретно в частности, но Мана в это не верил. Старая Нэнси была жутко строгой, но заботилась о них. Ругала за вечно испачканную и мятую-перемятую одежду, разбросанных оловянных солдатиков, принесённого бездомного щенка или пойманную лягушку, за сбитые коленки, содранные локти, извечные синяки. Но всё равно заботилась.
По мере того, как просветов в малиннике становилось всё больше, мальчишка стал снова подниматься в полный рост, поднимая рогатку и оттягивая резину. Он видел тень, что падала на землю из-за дерева и не сомневался в своём успехе.
Облизав пересохшие губы, Мана прицелился в развилку между стволами вишни, не сомневаясь, что Неа выглянет именно оттуда, не решившись потерять своё укрытие. Он хотел прищучить братца одним выстрелом.
Вот показались черные вихры. Мальчишка чувствовал, как от напряжения стало показывать пальцы, но он, закусив от старания губу, не ослабил хватки и натяжки. Мелькнул смуглый лоб, совсем на секундочку. Мана не сомневался, что Неа его увидел, но не шелохнулся и был готов, что брат покажется сбоку — слева или справа. Успеть бы только выстрелить раньше него!
"Ну же, давай!" — и словно услышав его, брат поднялся в полный рост, прицелившись в ответ. Мана успел дернуться в сторону, чудом уклонившись от глиняного снаряда. Его собственный, после того как жгут болезненно ударил по пальцам, пролетел ровно в развилке между стволами вишни и дальше, мимо брата, в сторону дома. В сторону... окна.
Мальчишка замер, услышав слишком печальный стекольный перезвон. Солнечный августовский день, наполненный густой жарой, на секунду показался холодным.
— Прячься! — не раздумывая, Мана нырнул обратно в малинник, а через пару шагов добровольно упал среди колючих стеблей навзничь. Сердце билось в груди и под самым горлом, как сумасшедшее, наполнив своим дробным перестуком весь окружающий мир, не оставив даже внятной мысли о том, что теперь будет.

[nick]Mana D. Campbell[/nick]
[icon]http://s2.uploads.ru/nRQoH.jpg[/icon]

Отредактировано Millenium Earl (Сб, 27 Май 2017 11:02)

+7

3

Неа был уверен, что в этой жизни не осталось ничего, что способно было бы напугать его.
Лягушек он из пруда таскал, на дереве от злобной бродячей собаки прятался и даже как-то залез на чердак в доме, где было темно, пахло пылью и одиночеством.
Вообще-то, на чердак он лезть не очень-то хотел, но Мана твердо сказал тогда, что он не сможет, потому что на чердаке темно и страшно, сложил руки на груди и так посмотрел на Неа, что тот вскарабкался по шаткой лестнице быстрее, чем смог отдать отчет в своих действиях.

Но все мысли о том, что он самый храбрый человек в мире рассыпались в прах, когда мимо него с тоненьким свистом пролетел глиняный шарик и окончил свой путь, расколотив вдребезги одно из окон в доме. Окон было еще много, но Неа сомневался, что этот факт хоть немного смягчит наказание, как и то, что выпущенный глиняный шарик на минуточку принадлежал Мане.

Катерина относилась к ним, как к одному целому, поэтому и за шалости они получали вдвоем, никакого разделения на виновного и невиновного.
А уж, что касалось старухи Нэнси, то она получала странное удовольствие, когда ловила близнецов за шалости. По крайней мере, так казалось Неа, но он был твердо в этом уверен.

- Прячься! - услышал Неа крик Маны откуда-то из зарослей малины, где он и подкараулил его.

Малинник был плотным и колючим, Неа представлял, во что превратится его одежда, если он последует примеру брата. Разодранные штаны вкупе с разбитым окном - дело пахло не очень хорошо.
Старая Нэнси наверняка придумает какое-нибудь строгое наказание, а Неа только вчера освободился от двухдневного заключения в доме, которое ему назначили за то, что он целенаправленно разломал деревянный табурет, чтобы сделать себе из ножки меч.

Табурет был старым и никому не нужным, но пришлось два дня смирно сидеть дома, изредка поглядывая в окно.

Взвесив все возможные варианты наказания, Неа решил, что сегодня быть наказанным ему не очень-то хочется. Он осмотрелся, пытаясь понять, где именно притаился Мана, но не увидел его в густых зарослях.
Тогда он поднял голову, критически осматривая крючковатый ствол старой вишни. Дерево было сухим и старым, иногда ночью Неа слышал, как вишня скрипела на ветру, раскачиваясь из стороны в сторону. Казалось, что достаточно только толкнуть посильнее и ссохшийся ствол переломится пополам.

Ему показалось, что он слышит чьи-то голоса и Неа, ворча, что в этот раз Мана мог и в него попасть, начал карабкаться вверх, ловко цепляясь за выступающие из ствола сучья. Через пару минут он забрался достаточно высоко, уселся на широкую ветку, и взглянул вниз. Земля неровными коричневыми лоскутками пестрела внизу, чуть далее плавно колыхалось пшеничное поле, где близнецы тоже любили бегать. Сегодня было жарко, поэтому они предпочли играть в тени деревьев.

В малиннике рядом сразу же обнаружился и Мана - он лежал, прижавшись к земле щекой, и не шевелился. Неа не удержался и кинул в его сторону свой последний глиняный шарик. И опять промазал.
В стрельбе он знатно уступал своему брату, как и в выдержке. Мана всегда выигрывал в прятки, потому что мог долгое время сидеть в одном месте, не выдавая своего присутствия. Неа же постоянно высовывался из своего укрытия, выдавая себя, и Мане ничего не стоило отыскать его и сказал, что теперь он водит. Опять.

Из дома пока никто не показывался, но спускаться с дерева Неа не хотелось совсем. Хотя на старую Нэнси это было совсем не похоже. Обычно она появлялась на месте происшествия как будто из воздуха, упирала руки в бока и ожидала объяснений. Может сейчас она так занята беседой с Марианом Кроссом, который явился к ним с утра, что не услышала звон разбитого стекла? Если это так, то Неа был бы Кроссу очень  благодарен.

Он был все еще твердо уверен, что он ничего не боится в этой жизни. Если только дело не касается наказания за разбитые окна.

Отредактировано Neah Walker (Сб, 27 Авг 2016 20:12)

+5

4

      В небольшой кухне было жарко: то ли от готовки, то ли от летнего солнца. Возможно, дело было еще и в горячем чае, которым Нэнси поила Мариана где-то с полудня. Он уже не отслеживал содержимое своей чашки: женщина все равно умудрялась наполнять ее, стоило молодому человеку отвлечься.
      Нэнси была по-своему милой и обладала сильным характером. Спорить с ней не хотелось: ее строгость заставляла любого почувствовать себя ребенком, в том числе и Мариана. Когда он осознавал это, то некоторое время недоумевал и ощущал себя глупым. Он мысленно ругал себя за свою странную неспособность противостоять этой женщине, но ситуация все равно повторялась раз за разом.
      - Спасибо, что помогаете нам, -  сказала Нэнси, суетясь на кухне. Она успевала все. Даже стращать и воспитывать двух близнецов Д. Кемпбеллов, которые сейчас бегали где-то в пшеничном поле. – Мы это ценим.
      Мариан не ответил, лишь кивнул головой. Женщина говорила это каждый раз, когда он приходил в дом Д.Кемпбеллов, чтобы помочь с делами или просто-напросто развеять будни. Ему были рады в этом месте и даже считали другом семьи. Правда, Мариан не до конца соглашался с таким определением его роли в жизни обитателей дома. Но и не спорил, потому что знал, что в этом нет смысла: хозяева настаивали на своем.
      - Когда вернется Катерина? – спросил Кросс, отодвигая от себя маленькую чашку.
      - Ближе к вечеру. Но я надеюсь, что раньше. Когда она дома, мальчишки ведут себя более спокойно.
      - Тебе кажется, - он хмыкнул. – Эти оборванцы никогда не успокоятся, пока не угро…
      Мариана прервал треск стекла на втором этаже. Молодой человек тут же замолчал, прислушиваясь, а Нэнси тяжело вздохнула.
      - Нет, я их точно в чулане закрою! – грозно произнесла она.
      - Главное, не вместе - это чревато.
      Но Нэнси не услышала комментария и продолжила возмущаться:
      - Сколько можно все ломать? Ну я им покажу! – она угрожающе схватила кухонное полотенце и направилась в сторону выхода. – Будут у меня на горохе стоять, пока Катерина не вернется! Вот же негодники…
      Мариан сдержал усмешку и подскочил с места, нагоняя разбушевавшуюся женщину. Нэнси была заботливой, но строгой. И если уж мальчишки пакостили, то получали за свои проделки с лихвой. А делали они это часто. Настолько, что даже Кроссу становилось их жаль, когда их в очередной раз наказывали. И этот раз не стал исключением.
      - Я сам схожу за ними, Нэнси, - сказал он, обгоняя женщину. - У тебя и так много работы.
      - Ага, будут они Вас слушаться! – противилась она.
      - Я справлюсь. К тому же, у меня преимущество, - Кросс мягко улыбнулся. – Бегать за двумя мальчишками – непростая задача, тем более, в поле.
      Посмотрев на него, Нэнси ненадолго задумалась. Соглашаться она не хотела, но понимала, что Мариан прав: ей и за одним из близнецов не угнаться, что говорить о двоих?
      - Хорошо, будь по-вашему, - нехотя сказала она, взмахнув полотенцем, и направилась в сторону кухни. – Все равно по-своему сделаете…
      Молодой человек облегченно вздохнул. Обычно Нэнси сложнее поддавалась на уговоры, поэтому он причислил произошедшее к списку личных побед и направился на улицу. За дверью его встретила стена сухой жары, заставившей Мариана поумерить пыл. Он недовольно скривился, сощурившись от яркого света, и заставил себя двигаться дальше. Длинные пальцы тут же невольно потянулись к воротнику рубашки, расстегивая пару верхних пуговиц, а потом принимаясь за манжеты, после чего рукава были закатаны по локоть, оголяя едва тронутую загаром светлую кожу. Солнце пекло голову, резвясь в ярко-рыжих волосах молодого человека, чей путь лежал прямиком на пшеничное поле, золотящееся за хозяйственным двором.
      Кросс надеялся, что услышит смех или разговоры близнецов, но его ожидания не оправдались. Это значительно осложнило поиски пропавших мальчишек, которых и след простыл. Однако юноша знал часть их уловок, почему предположил, что они спрятались в ожидании наказания.
      «Все равно же накажут, так какой смысл прятаться? Оттянуть неизбежное? Наверняка ждут, когда за ними придет Нэнси»
      - Ну и где же они?.. – на выдохе произнес Мариан, оказавшись у забора, отделяющего хозяйственный двор. Он взглядом пытался разглядеть мальчишеские фигурки в поле, но они упорно не попадались на глаза. – И что же… Все поле обыскивать?
      Немного поразмыслив, молодой человек направился в сторону излюбленного Неа дерева – оно было ближе, почему и стало первым местом поиска.
      Старая, размашистая вишня возвышалась над волнами пшеницы, привлекая внимание и маня своей тенью в такие жаркие дни. Кросс шел уверенно и неторопливо, чувствуя, как колосья пшеницы ударяют его по бокам. Он не сдержался, протягивая руку их приветствию. Ему казалось, что сейчас он понимал, почему мальчишки так сильно полюбили это место. Было в нем что-то притягивающее и радостно светлое.
      «Вот оно – детство»
      Легкая улыбка тронула губы юноши, и он остановился в паре метров от дерева.
      - А ну выходите! – крикнул Мариан, уперев руки в бока. - Я знаю, что вы где-то здесь!

Отредактировано Marian Cross (Вт, 30 Авг 2016 20:07)

+5

5

Рядом просвистел и ударил по зеленому листу глиняный шарик. Мана вздрогнул и ещё сильнее прижался к влажной земле, почувствовал щекой её прохладу, вдохнул запах прелых листьев. Пересилил желание оглянуться и посмотреть по сторонам в поисках брата, явно послушавшегося его совета на уровне крика и тоже спрятавшегося.

Было... тихо.
До подозрительного — мальчишка знал насколько Нэнси скора на расправу и наказания и от того, несмотря на жгучее любопытство, всё равно не стремился даже поднимать головы, не говоря о том, чтобы выбраться из укрытия.
Мана точно знал — Нэнси придёт. Явится как гроза, такая же громкая, громогласная и устрашающая в своих громовых раскатах. Будет кричать, взмахивать руками, сыпать упрёками и угрозами. Поставит их по разным углам или запрет в разных комнатах до прихода Катерина. А потом, когда та окажется дома, последует вторая череда наказаний. Мама не была злой или строгой, всегда проявляла удивительное терпение, но... Мана только представлял её печальную, полную понимания улыбку, как ему становилось до ужаса стыдно! Он не хотел её расстраивать: разбивать окно сегодня и вазу двумя днями ранее, ломать стул в начале недели, обрывать шторы, чисто случайно, опрокидывать книжный шкаф... Это и многое другое было исключительными случайностями и Катерина, кажется, это даже понимала. И после громких криков Нэнси её добрая улыбка и теплые глаза были чем-то... чем-то... за гранью добра и зла.

Было... слишком тихо.
Мана слышал как шелестит ветер в золотом поле, как раскачиваются гибкие высокие ветви малинника, как жужжит где-то рядом шмель. Подняв взгляд, он увидел серую бабочку, легко и невесомо порхавшую у него над головой. Нэнси не было слышно — только цикад, трещавших где-то рядом, в густой траве. Может нянька не слышала? Но ведь эта женщина была всегда в курсе всех событий и вещей. Мана часто слышал, как она делилась с Катериной сплетнями из города, которые она приносила вместе с продуктами и свежеиспеченными булочками и хлебом. Она рассказывала о молочнике, цветочнице, дочери цирюльника — взбалмошной и капризной Кристине. И что даже несмотря на все свои недостатки та девочка была куда покладистее братьев Д.Кембеллов.
В такие минуты Мана соглашался с Неа в том, что Нэнси их, видимо, не любит.
Но ведь было в ней и хорошее... Только, вот всё же, где она сейчас?

Мальчишка поднял голову и снова замер, прислушиваясь. А после над его головой по воздуху разлился голос Кросса.
Точно, если кто-то и мог противостоять или утихомирить гнев Нэнси, то это был Мариан. Удивительно, как ему это удавалось?
Мана облокотился о локти, а после поднялся в полный рост. Неловким движением отряхнул мятые брюки, рубашку, безнадежно грязную, и попытался её заправить в штаны. Приличия ради, но на скорую руку не очень получилось.
Мальчишка разглядел через переплетение высоких длинных стеблей и листьев рослую фигуру мужчины. На фоне синего пронзительного неба волосы кросса казались ещё более огненными и красными и были словно маяк. Мана раздвинул перед собой колючие стебли, чувствуя, как малина неприятно жалит руки, и вышел к Кроссу, виновато потупив голову и опустив взгляд. Как маленький испуганный зверек, затравленно оглянулся на дерево, но поднимать взгляда не стал, догадываясь, где спрятался Неа, но не решаясь его выдавать. Запоздало выкинул из рук в кусты за собой рогатку, прищурившись на солнце, посмотрел на мужчину:
— Это я окно разбил. Нэнси сильно злится?

[nick]Mana D. Campbell[/nick]
[icon]http://s2.uploads.ru/nRQoH.jpg[/icon]

Отредактировано Millenium Earl (Сб, 27 Май 2017 11:03)

+5

6

Неа знал — им достанется. Всегда достаётся. Хотя сам Неа был убеждён, что не всегда было за что их ругать. Вот только Нэнси считала иначе и никак решила, что это её долг — сделать их жизнь как можно более не-спокойной. Ни одна шалость, даже самая незначительная, совершенно безвредная, не проходила мимо её чуткого надзора. Неа, конечно же, допускал, что на самом деле она неплохо к ним относится, но, тем не менее, был убеждён в том, что всё же — недолюбливает. Очень. Всё не так. Всё не как положено. Это было просто невозможно! Но не могло стать причиной, по которой мальчишки бы стали более послушными и покладистыми. Как можно было, когда ещё столько всего надо было сделать!

Неа знал: даже если пока никто не показался — в скором времени покажется. И можно было бы кинуться наутёк, подальше, выискивая место поукромнее, но. Трусливо сбегать, когда ты уже выбрал место, было бы неправильным. Хотя было — немного, совсем чуть-чуть — страшно. Вот так сидеть, притаившись, ожидая «расправы».
Неа чувствовал, как у него не-спокойно билось сердце в груди. Так же отчаянно металась птица по чердаку в прошлом месяце, залетевшая случайно, но не нашедшая выхода обратно: билась о стёкла, сбивая крылья, оставляя свои невесомые перья на полу, но не обращая на это никакого внимания — из стороны в сторону. Не находя себе места, в панике, которой было больше всего остального, которая не позволяла успокоиться. Нет, конечно Неа не был столь же перепуган, но казалось, что сердце бьётся в самой глотке, заполошное. Неа чувствовал волнение — и ему это не нравилось. Совершенно не нравилось. Что он, трусливая девчонка, что ли? Не знает, что будет, когда найдут? Знает. И совсем — совсем-совсем — не страшится гнева Нэнси. Ну разве что самую малость.

Мальчишка старательно медленно и глубоко вдыхает, нахмурив брови. Выдыхает, так же неторопливо. Осторожно, бесшумно перебирается на соседнюю ветку — повыше и массивнее. Бросает беглый взгляд вниз, убедиться, что Мана ещё там и в порядке, и мимолётно улыбается, когда видит его.

Там, вдалеке, к востоку, простиралось золотое поле пшеницы — слепило и завораживало. Казалось, что оно уходит до самого горизонта, бесконечное. Если закрыть глаза, то можно почувствовать, как мягкий, тёплый ветер ласкает лицо, забирается в волосы, осторожно их путая. Можно почувствовать запах пшеницы — сухой, но приятный, оседающий в самых лёгких: в груди от него что-то замирает, тянет и становится спокойно, так спокойно. И увидеть, там, в поле пшеничном, одинокое, но гордое дерево Корнелию. Оно раскинуло свои ветви в стороны, оно — самое любимое у Неа. От туда видно всё. То кажется его, только его — их двоих, Неа и Маны — место.

Неа вздрагивает, прижимается к дереву, когда слышит голос Мариана — сердце ухает куда-то в пятки и с бешеной скоростью начинает долбиться о грудную клетку, кажется, норовя пробить кости в панике. Мальчишка торопливо облизывает губы и на некоторое время вовсе перестаёт дышать. Вот влипли-то. Мариан не Нэнси, он даже нравился Неа: с ним было интересно. Взрослый, но не слишком, но не из тех, кто только и делает, что упрекает, да поучает. Кросс знал много интересных историй и казался почти своим, вот только именно он мог хоть как-то угомонить Нэнси. Неа никак не мог понять — как ему это удаётся? Хотел бы он знать. Может он на самом деле колдун? Ну не может быть, чтобы эта Нэнси, да уступала кому-либо! А ещё Неа знал, что Мариан пришёл сюда отнюдь не для того, чтобы присоединиться к ним в игре или рассказать что-нибудь новое. А потому что тоже слышал грохот разбитого стекла. Всё равно влетит им, неважно кто нашёл.
Мальчишка удобнее садится, наблюдая за тем, как Мана вылезает из укромного места и снова хмурится. Потому что пока Неа сидит тут, незамеченный, его брат обдувается за них обоих. Он резко поднимается, ухватывается за ветку рядом, спускаясь и ... цепляется рукавом за сук, раздирая рубашку от локтя до манжета. Дергается и неловко приземляется рядом с Маной, больно отбив левую ногу. Но только морщится, поднимая взгляд; смотрит с вызовом. А~аа, а он так старался не испачкать одежду лишний раз, чтобы хотя бы за это не ругали!

— Не правда. Это я разбил окно, — скрещивает руки на груди и поджимает губы. Лоскут от рукава свисает, оголяя тонкое запястье и пока едва заметную, но больнющую царапину, оставшуюся от ветки за которую зацепился.
Нет, Неа не пытался забирать славу Маны себе — это был отличный выстрел! Хотя так и убить можно, но не задел же. Но они были виноваты одинаково и Неа не хотел, чтобы за это отвечал брат один. Если вместе, то — до конца. А Мариану не обязательно знать, как оно было на самом деле. Неа скашивает взгляд на брата, снова облизывает губы и снова — смотрит на Кросса. Но как же не хотелось в очередной раз слушать о том, что они ведут себя неподобающе и вообще! Почему нельзя было просто забыть об этом?
[icon]http://se.uploads.ru/OZfmP.jpg[/icon]

+1


Вы здесь » D.Gray-Man: History Repeats Itself » Канон » Лето тысячи дорог


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC