Mercy

ангел-наблюдатель и #тыжпрограммист

Tyki Mikk

пиар-менеджер, массовик-затейник.

Marian Cross

лучшй из лучших, падайте ниц — анкетолог

Froi Tiedoll

глава песочницы с лопаткой в форме упоротости

headImage

Приветствуем тебя на форуме DGM: History Repeats Itself, друг!

Ты хочешь знать, живы ли мы? Относительно. Здесь остались еще старожилы, которые неспешно играют между собой, выдумывают что-то новое и резвятся. Но былой активности на просторах форума уже не сыскать.

Нажми на кнопку РПГ-топа, чтобы подыскать себе полноценно живой форум, который будет готов принять тебя. Уверяю тебя, такие имеются.

Если же окажется, что ты не смог найти себе места на других форумах, приходи ко мне, поговорим, быть может, придумаем, что делать.

Фрой Тидолл, пока еще живой глава. ICQ: 668465737

Мы живем благодаря им:


History Repeats Itself

Klaud Nine

мамка-постохранительница

Shinshill

анкетолог-квестодел; мастер интрижек

Emilia Soto

хороший тамада и конкурсы интересные

Nea D. Campbell

главный по дизайну

D.Gray-Man: History Repeats Itself

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » D.Gray-Man: History Repeats Itself » Замороженные эпизоды » [Неканон] Ночь. Улица. Фонарь.


[Неканон] Ночь. Улица. Фонарь.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s9.uploads.ru/c2bGJ.jpg

Место: Улицы Лондона.
Участники: Уокер, Джонни, Канда, Четырнадцатый.
Детали: ... и фингал под глазом шпенделя. [c.]

+4

2

Джонни понимал, прекрасно понимал — это неправильно. Это было совершенно неправильно. Он не должен был так поступать. Ему бы никто этого не позволил. Ему этого — никто не простит.

Но он не мог.

Просто не мог оставаться равнодушным к тому, что происходило. Он не мог заставить себя думать о том, что Аллен Уокер — тот самый Аллен, товарищ; друг — теперь их враг. Его враг. Просто потому что так кто-то сказал. Просто потому что в нём какой-то там Четырнадцатый. Джонни было всё равно. Всё равно, Граф его дери! Джонни не понимал. Просто не понимал: как можно было так просто отвернуться от него? Как можно было перечеркнуть все те дни, всё то, через что они прошли — вместе — так просто. Так глупо и нелепо. Это казалось неправильно. Вот это — было неправильным. Совершенно точно неправильным. Джонни не так много понимал в том, что на самом деле происходило на передовой. Возможно, он не знал всех нюансов и его удел только и сидеть на месте, лишний раз не рыпаясь, но. Он не мог. Он просто не мог. Ему это претило. Ему это было отвратительно.

Ведь Аллен Уокер — его драгоценный друг.

Друг, с которым они провели столько часов вместе. Ведь Аллен Уокер, не смотря на то, что он был Экзорцистом — так часто приходил к нему, к ним. Пусть Аллен всегда, раз за разом, проигрывал ему в шахматы, но Джонни нравилось. Джонни любил эти минуты отдыха и спокойствия. Непринуждённые разговоры. Ведь в такие моменты между ними не было никаких званий и обязательств, не было ничего, кроме того, что они — друзья. Не было войны, не было ощущения беспросветной, голодной и прожорливой усталости, кою Джонни — да и все сотрудники их отдела — постоянно чувствовали. Она не оставляла после себя ничего и оставалось только заливать в себя очередную кружку кофе, да повторять бесконечное, бесконечное количество раз: «Ты должен. Ты сможешь.»

Джонни знал. Прекрасно понимал, что он не так много знает о том, что происходит за стенами Чёрного Ордена. Он совершенно не умеет драться и вряд ли смог бы постоять за себя, даже если на него нападёт какая-нибудь уличная шпана, не говоря уже об Акума. Но какое это имело значения? Это не значило ничего. Совершенно ничего. У этого не было веса — оно не могло потягаться с тем, что Аллен остался один. Совсем один, против всего мира: против Графа, против некогда-друзей. Джонни было больно и грустно. Бесконечно грустно и тоскливо за него. Джонни так хотелось, так хотелось с ним это разделить: послушай, Аллен, послушай — ты не один. Пусть кажется, что весь мир отвернулся от тебя, но я — никогда не отвернусь. Но я знаю, я уверен: не только я, не я один. Но знаешь, я всегда буду на твоей стороне. Я поддержу тебя, я буду верить в тебя. Плевать на Четырнадцатого, плевать на Графа. Плевать, прости Господи, на Ватикан.

Быть может, Джонни было страшно. Совсем немного: то затаённый страх, где-то глубоко-глубоко внутри, он неуверенно скребётся, желая выбраться наружу, желая поглотит собой его всего, но Джонни не позволяет. Хмурится и поджимает губы: то роскошь, которую он просто не может себе позволить. Но всё-таки чувствует, как сердце срывается и начинает метаться в грудной клетке, когда его находят люди из Центрального Управления. На короткое мгновение — совсем мимолётное — он чувствует себя таким беспомощным и жалким, что злится. Злится, но и не думает отступаться. Он ушёл из Ордена, прекрасно зная о последствиях. И неужели сейчас, столкнувшись с этим лицом к лицу, он забудет обо всём и так просто сдаться? Неужели он сможет позволить себе — забыть? Забыть обо всём. Забыть об Аллене. Нет. Нет-нет-нет! Что он может, если даже с этим не справится? Это всё было так незначительно. Это настолько было ... да разве это может иметь хоть какое-то значение, когда Аллен сейчас — совершенно один? О д и н. Неважно. Неважно-неважно. Джонни справится с этим. Пройдёт через это. Ведь это всего лишь люди. Такие же люди, как и он сам. Он не выпьет эту треклятую жидкость. Он не позволит себе забыть и отринуться от всего. Только не это. Он не может себе это позволить. Это не страшно. Он сможет с ними справиться. Это совсем ничего, в сравнении с тем, что сейчас чувствует Аллен — это ничего. И он обязательно, Джонни обязательно найдёт его. И не позволит, ни за что не позволит ему проходить через всё это одному.

Впрочем, кажется, сам Бог был на его стороне, потому что ничего страшного не успевает произойти. То есть, Канду, конечно, боялась большая часть Ордена, но Джонни был искренне рад ему. Настолько рад, что был почти готов кинуться ему на шею. Канда! Канда! К а н д а. Он жив. Жив.
Джонни не очень понимал, что происходит. И как такое вообще возможно. Был уверен, что у него всё на лице написано — всё удивление, замешательство, отголосок испуга и радость. Искренняя, почти детская.
И, в конце концов, двое всегда лучше чем один. Он даже думает, что Канда куда лучше, чем о нём говорят. Ведь вот он. Рядом: протяни руку и можно коснуться, почувствовать — настоящий. Не иллюзия, не сон. Ведь он вместе с Джонни. Джонни, который пошёл против приказа, против Ордена. Конечно, где-то в глубине Джонни понимал, что на самом деле Канда мог быть тоже просто заслан ему и сейчас как даст своим Мугеном по голове — мало не покажется. Но нет. Он всё-таки тоже волнуется о Аллене. И Джонни улыбается широко, открыто. И Джонни, наконец-то, позволяет себе расслабиться — полностью. Становится так легко, так легко. Не смотря ни на что. Ни смотря на то, что позади осталось-преследует. Не смотря на то, что ждёт впереди.

Одна проблема: как найти того, кто знает, что делать, чтобы его не нашли? Нет, это Джонни не останавливает. Но, честно говоря, у него не было никакого конкретного плана. Он просто не хотел сдаваться. И знал, что вопреки всему, добьётся того, чего хочет. Тем более, когда на его стороне Канда. Хотя вряд ли сам Канда согласился бы с этими словами. Но Джонни было приятно думать именно так.
К тому же ... была одна мысль у Джонни: пройтись по всем заведениям, где задолжал Мариан Кросс — это лучше, чем ничего. Особенно учитывая тот факт, что то, что должен Кросс — должен Аллен. Ох уж этот генерал Мариан! Но, пожалуй, сейчас Джонни был рад этому как никогда. Какая никакая да зацепка.

Впрочем. Успехов пока это не дало никаких. Кроме того, что Джонни был изрядно пьян. Но он не собирался так просто сдаваться. Пусть раз скажут: «Нет, мы его никогда не видели», — пусть скажут два раза, десять; да хоть сто! Джонни так просто не сдастся. И он в очередной раз подходит к девушкам (не очень прилично одетым кстати и это было бы неловко, если бы он уже не был пьян) и спрашивает, не видели ли они парня, похожего на Аллена.
Тяжело вздыхает, широко улыбается и благодарит, когда слышит очередное «нет». Ничего. Ещё много мест. Много мест, где они могут найти хоть какую-то зацепку.
[nick]Johnny Gill[/nick][nick]Johnny Gill[/nick][icon]http://savepic.ru/14192063.png[/icon]

+4

3

«От чего ты бежишь?!»
От судьбы, узником которой стал подневольно в обоих жизнях. Теперь – добровольно. От Ордена, который всей душой ненавидел. Яростно. Неистово. Люто. Никогда не простит его! Даже теперь, когда до конца своих дней приковал себя к нему собственной кровью. Но Чистая Сила отныне не была для него кандалами. Чистая Сила, отнимавшая жизнь своего носителя, его Чистая Сила и его жизнь, обоюдно-согласно, взамен на сокрушение тёмной материи. Она встала бок о бок с ним, обратившаяся чем-то равным, не придавливавшая более тяжестью ноши обречённости собственного предназначения, от которого было никуда не деться, не убежать. Больше не отчего бежать. Потому что он впервые. По-настоящему. Свободен.
«И какого хрена из себя строишь?!»
Того, которого всё это не касалось. Того, которому вся эта жизнь казалась всего лишь иллюзией в противовес той, другой, отобранной этой треклятой войной и этим проклятым Орденом; за чьим миражом он гнался всё своё существование, не видя ничего дальше своего носа, того, что было прямиком под ним. Того, что имело значение. Единственного, что имело в этом долбанном мире. Всегда.
«Спасибочки, Канда Юу!»
Раз за разом свербит в голове, как заезженный голем.  Не слова. Не мысль. Чувство, которое чуть раньше он бы обозвал сентиментальными соплями и проехался прямиком по зубам того, кто об этом даже бы хоть посмел заикнуться. Гложит, пилит, сдавливая глотку, не давая спокойно продохнуть, куда там подохнуть! Чувство, которое он испытывал только раз в своей жизни, но навсегда придушил в себе, попросту продолжив существовать дальше точно с таким же равнодушием, с каким оставлял позади себя тех, кто, кажется, считал его своим… Словом, застревавшим не сглатываемым комом, впивавшимся зазубренной костью в горло. Оставлял умирать. В точности, как тогда. Там, в далёком прошлом, отныне принадлежавшим только ему одному и никому больше.
«Это всё твоя вина, ноево отродье!»
Ложь! Это всё он.  Это всё его вина. Но даже на эти слова этот долбанный Шпендель наверняка бы задвинул какую-нибудь хрень по типу «Что бы ни случилось, я экзорцист!». Наивный сопляк! Тупой долбанный Шпендель, бесивший до иссякания словарного запаса. Вечно от него одни проблемы! Официально объявлен ноем – хех. Это мы ещё посмотрим! А пока настало время навалять по морде парочке Воронов, вытащив из передряги одно ходячее недоразумение, которое даже если не захочешь – выследишь. Точный прыжок с крыши вагона вдребезги разбивает стекло и запинывает парочку громил в купе первого класса. Ну а там… Смертельное…
Пффф. Разочарование! Ни на что не годные задохлики! Безраздельные слабаки! И вот это вот - специальное подразделение Черного Ордена?! Да даже эфесом Мугена избивать не потребовалось, не то, что обнажать лезвие! Но как же это было чертовски приятно – выбивать последнее дерьмо из этих карманных ватиканских прихвостней!
Нельзя слишком увлекаться. Убедиться ещё раз – голем не активирован, какое-то время его не вычислят. Но Мари и Линали не продержатся долго. Они сколь угодно могут заливать воду в уши Комуи, но если до них доберётся Центр… К тому же, было и ещё кое-что, что просто вывело Канду из себя: этот шкет в очках по секрету рассказал всему Научному Отделу, а те в свою очередь, половине Экзорцистов о том, что собрался свалить из Ордена в поисках того, кого объявили пособников Графа?! К Лувелье бы ещё заявился и попросил проводить до железнодорожной станции за ручку! Да этот Гилл без чужой помощи заплутает в трёх домах на соседней улице, не то, что Шпенделя найдёт. Поэтому…
«Я буду твоим попутчиком до тех пор, пока ты не найдёшь Шпенделя. Усёк?»
Джонни Гилл. Канда никогда не считался с ним, как и со всеми прочими. Даже имени не потрудился запомнить. Сейчас же Экзорцист находил это даже несколько забавным: эти психи из Научного Отдела по большей части всегда ему казались слишком правильными и бесхребетными сосунками, не способными пойти против правил. Гилл – удивлял. И теперь его оставалось только поздравить: с этой самой секунды его память была «очищена» и он официально вышвырнут из Ордена! 
Хотя вот после хрен пойми какой кружки дешевого пенного пойла, с «попутчиком» Канда малость, кажется, погорячился. Чхать он хотел на всяких зарывавшихся, одерзевших настолько, чтобы вставать у него на пути, попутно меля какую-то чепуху про «самого прекрасного и совершенного» человека, которого они только видели. Всё равно кулаки так и так чесались кому-нибудь да навалять. И всё же Канда думал, что Джонни знает, где искать этого идиотского Шпенделя, что у него есть хоть какой-то план. Но. Кроличья нора?! Что ещё за на хрен кроличья нора?! В голову не приходило никого кроме тупоголового Кролика, де-факто, угодившего к Ноям на пару со стариком-пандой, де-юре считавшимся пропавшим без вести. Вот кому бы здесь точно понравилось – непотребного вида девушки, которых приличными девушками язык назвать не поворачивался, переброженное пиво и безвкусная музычка, и снова девушки, прижимавшиеся к нему всем, чем не-поподя-в-чём-мать-родила! Канде только и оставалось, что верить. Лави выкарабкается.
— Оляля!
— Какой красавчик!
— Такой очаровашка!
— Пшли вон! – нет, это было выше его сил, расплескав пену, пивная кружка с треском врезалась в стол, пав жертвой раздражения, близкой, очень близкой к его особому состоянию, в котором он, Канда, вылупив глаза и скорчив лютую харю, бежал галсами с Мугеном наперевес, с твердым намерением всех поубивать.
— ХРЕНА ЛЫСОГО ТВОЙ СПОСОБ ПОИСКА ЭТОГО ТУПОГО ШПЕНДЕЛЯ БОЛЬШЕ ПОХОДИТ НА ТУР ПО КВАРТАЛУ КРАСНЫХ ФОНАРЕЙ?!!
[nick]Kanda[/nick][icon]http://savepic.ru/14204065.png[/icon]

+4


Вы здесь » D.Gray-Man: History Repeats Itself » Замороженные эпизоды » [Неканон] Ночь. Улица. Фонарь.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC